– Ты же знаешь, что после убийства жены доктора ситуация вышла из-под контроля? Если мы не раскроем эти дела, страшно представить, какие у нас будут проблемы.
– Один из свидетелей – сын Ли Ынчжу. Что ты об этом думаешь?
– Да, это нелогично. Зачем ей убивать друга своего сына?
– Нет, Ли Ынчжу тут ни при чем, – вздохнул Чхве.
– Нужно найти убийцу школьника, поэтому опросим соседей, но осторожно, нельзя сболтнуть лишнего. Что там с ножом? Ты нашел его?
В этот момент вошел начальник полицейского участка и услышал их разговор:
– Вы о Ли Ынчжу? О невестке того производителя школьной формы?
– Вы нашли нож?
– Этим сейчас занимаются.
– А вы где были?
– Я ходил в больницу к свекру Ли Ынчжу. Там с ней и встретился.
На лице Чхве отразилось неподдельное изумление, он подошел вплотную к начальнику:
– На вашем участке произошло убийство, а вы по больницам ходите?
– Это не ваше дело!
– Да что с вами? Вы за кого нас держите, а?! Вы вообще знаете, что разглашение данных предварительного расследования – это статья?
– Было бы нормальное расследование, а тут и разбалтывать нечего.
– У вас все?
– Что вы себе позволяете? Я выше вас по званию!
– А, точно, лейтенант. Только мне плевать…
Ким был шокирован смелостью коллеги и положил руку ему на плечо. Начальник участка приблизился вплотную к Чхве:
– Что ты, ублюдок, только что сказал?
– Вы кого ублюдком назвали?!
– Тебя! Какого черта ты, щегол, со мной так разговариваешь?
– А какого черта вы не ищете улики на месте преступления! Из-за вашего раздолбайства обвиняют нас! Знаете, почему расследование по Ли Ынчжу не продвинулось? Потому что начальник участка спускает все деньги на попойки, а на работе ничего не делает!
– Что я могу сделать, если вы, тупицы, не можете поймать убийцу?! Где мне взять улики, я вас спрашиваю? Молокососы!
– Отвали, старикан! Мы тоже делаем все возможное.
– Все возможное? Да кишка у тебя тонка! Дело не продвигается, а ты шлешь меня в лес искать нож? Сам ищи его, урод!
Разъяренный ссорой начальник участка отбыл на место преступления, полицейские прочесывали территорию, раздвигая ветви руками.
– Что-то вы плохо работаете. Ничего до сих пор не нашли.
– Тут древние гробницы, лопатой пользоваться нельзя.
– И что теперь?
– Да где это видано, что убийца оставляет нож на месте преступления! Только зря потеем!
– Ладно. Идите отдохните.
Полицейские после ночного дежурства быстро ушли спать в машину. Начальник участка хотел немного остыть, поэтому обошел место преступления, обозначенное сигнальной лентой, но не сдержался и выругался. Его не волновала перепалка со следователем Чхве, за годы работы здесь он видал и не такое. Однако его беспокоил тот факт, что люди за спиной говорят о его пристрастии к выпивке. Его пугало и злило, что это может помешать продвижению по службе и получению пенсии. Он безмерно гордился тем, что знает район и его жителей лучше кого бы то ни было. Именно поэтому его мучило чувство жалости к самому себе, он боялся, что ему в самое ближайшее время придется незапланированно покинуть этот район. Его одолевало чувство тревоги – как далеко все может зайти? Но ответа у него не было. Кто же знал, что Кан Инхак умрет, справляя нужду?
Он бродил по месту преступления в расстроенных чувствах. Из-за дождя и слякоти следов преступника не осталось. Он хотел было развернуться, проклиная все на свете, но почва под его ногами просела, начальник участка поскользнулся и рухнул в грязь. Он попытался встать, припоминая всевозможные ругательства. Вдруг он заметил в луже странный предмет.
Это был нож. Непонятно, как он оказался так далеко от места убийства, но ясно, что это означало. Преступник не забрал орудие убийства. Чхве настаивал, что если обнаружат нож в лесу, то значит, смерть школьника – результат обычной подростковой драки. Неужели он оказался прав? Это не входило в интересы начальника участка. Его мало волновала поимка маньяка. Главное было насолить Чхве. Только так он смог бы успокоиться. Начальник оглянулся и с силой вдавил нож во влажную землю. Тут он вспомнил его слова: «Чему быть, того не миновать».
Все тайное становится явным, а если нет, то дело за следователями. Наврав всем, что его одежда совсем запачкалась, он направился в сауну. Позвонив жене и попросив принести ему сменную одежду, он устроился поудобнее в душной парилке в надежде забыть о том, что уничтожил улику.
На следующий день Ким предложил пойти на мировую и выпить по рюмочке после работы. Начальник участка согласился. Выпили они прилично. Разумеется, он не сказал, что утопил нож в грязи. Это дело прошлое, о котором никто никогда не узнает. Опьяневший напарник проворчал:
– Говорите, что хотите, но я почти уверен – Ли Ынчжу что-то скрывает.
– Да нет, это отдельный случай. Пытался их связать, да только голову сломал.
– По словам Юн Чхансу, Кан Инхака точно толкнула какая-то женщина.
– Мы не знаем, была ли это действительно женщина. Мы проверили телефон Кан Инхака.
– И что, нашли что-нибудь особенное?
– Поначалу я тоже подумал, что ничего. Но кое-что не давало мне покоя. Жена его младшего брата.
– Жена брата?
