Следующим, на что она обратила внимание, был наряд миссис Харрогейт: клетчатый плащ и подобранная ему в тон шляпа; в руках женщина держала маленький дорожный саквояж. Она уезжала в Лондон.
В последнюю очередь Элис увидела в одном из проходов оранжереи могучего седобородого мужчину в кожаном фартуке с карманами, которого она поначалу приняла за садовника. На его плече сидела серо-белая птица. Он склонился над маленькой металлической тележкой, пересаживая какое-то деревце. Из-под фартука виднелся черный костюм с высоким накрахмаленным воротником, слишком изящный для простого садовника.
– Апельсины, мисс Куик, – произнес он, кивком указывая на деревца позади нее, не отрываясь от своего занятия. – Еще мы выращиваем клубнику, которую можно отведать даже в январе. Труднее всего было организовать обогрев. Говорят, сейчас делают котлы, которые могут работать всю ночь напролет, и они гораздо эффективнее паровых.
Он поднял голову. Его странные бледно-серые глаза как будто светились изнутри.
Элис неуверенно бросила взгляд на миссис Харрогейт.
Но доктор Бергаст – а это был именно он – поманил ее подойти поближе. Когда он двигал руками, его запястья и плечи тихо щелкали в суставах.
– Однажды к Гераклиту за советом пришел посетитель и смутился тем, что застал его, когда тот грелся на кухне. Видите ли, кухни в Древней Греции считались неподобающими комнатами для принятия гостей. Но Гераклит лишь сказал: «Входи, не бойся. И сюда заглядывают боги».
В этот момент птица на его широком плече издала странный щелкающий звук, и Элис с некоторой тревогой осознала, что та состоит из одних костей. Ее тонкие позвонки удерживала похожая на броню железная скоба, на фоне которой резко выделялись гладкие перья.
– Ах да, – сказал доктор Бергаст, наблюдая за реакцией гостьи. – Я называю их костяными птицами. Любопытное создание, не так ли?
Элис кивнула, не отрывая глаз от необычной пернатой.
– Их много лет назад создала для нас одна костяная ведьма. Мы используем их для отправки сообщений. Они более эффективны и надежны, чем Королевская почта.
Он бросил взгляд на существо на своем плече. Оно щелкнуло и еще сильнее вцепилось когтями в ткань его костюма.
– Создавшая их леди, к сожалению, умерла. Но эти чудесные птицы до сих пор в полном порядке. Им уже по девяносто шесть лет. Они старше, чем Французская революция.
Пустые глазницы птицы, казалось, смотрели прямо на Элис. Она сдержала дрожь.
– Миссис Харрогейт сообщила мне, что вы пожелаете расспросить меня об Адре Норн, – продолжил доктор Бергаст. – Вам следует знать, что я уже давно не получал от нее никаких известий. Я даже не знаю, жива ли она до сих пор. Мы с ней одного возраста, иными словами, она весьма стара. Но я расскажу все, что смогу.
– Как вы с ней познакомились?
– Общество исследователей, разделяющих мои… интересы, довольно невелико. И все в нем друг друга знают. Мы с Адрой много лет переписывались, обмениваясь теориями и предположениями. Личные вопросы мы не обсуждали. Прошло много времени с тех пор, как я видел ее в последний раз. Это было в Марселе, на собрании ученых и исследователей, заинтересованных связью науки и религии. Я, разумеется, подошел к этому вопросу с научной стороны. Адра была настроена иначе. Тем не менее у нас оказалось много общего. Например, мы оба верили в невидимый мир.
– И что же это за мир?
– Это не какое-то определенное
Доктор Бергаст взял горшок с землей, выкопал в нем ямку, а потом большим пальцем вдавил туда, словно изюминку в тесто, какое-то семечко.
– Адра придерживалась принципа святости, утверждая, что главная наша цель – отделить себя от развращенного мира. Она верила, что если ей удастся обрести истинную благодать, то она сможет творить чудеса.
– Например, заходить в огонь и выходить из него невредимой.
Доктор Бергаст кивнул:
– Не очень-то разумное предположение, как вы понимаете, с научной точки зрения.
Элис жестом показала на птицу:
– Я и сама видела несколько ненаучных вещей.
– Но не чудес, мисс Куик, не чудес. Чудеса чудовищны по своей природе, они противоречат законам этого мира. Таланты же совершенно естественны. Марлоу и Чарли – не большее доказательство существования Бога, чем вы или я.
– Некоторым достаточно и этого.
– Некоторым.
Элис изучала гладкое лицо мужчины. На вид ему можно было дать лет сорок, несмотря на его седые волосы. Но она знала, что на самом деле он намного старше.
– Вы хотите сказать, что Адра Норн не входила в огонь?
– Мне это кажется маловероятным. А вам?
– Я была там. Я видела.
– Вы были ребенком. Вы вспоминаете то, что вам казалось, будто вы видите.
У него были очень длинные, темные, красивые ресницы.
– Адра не походила на здешних обитателей. Она никогда не была частью нашего круга. Вы понимаете, что Бент-Ни-Холлоу была не единственной основанной ею общиной?
Он внимательно наблюдал за ней, и, несмотря на его мягкий голос, Элис ощутила сосредоточенную силу его внимания.
