Обыкновенные монстры полностью

– Мисс Куик, – подала голос сидевшая в кресле на колесах миссис Харрогейт. – Мы вернем Марлоу. Если нужно, то пройдем в иной мир с помощью другра. В Лондоне он ведь смог попасть в наш мир через… некое отверстие? Мы обязательно найдем способ. Но орсин нужно запечатать.

Глаза Чарли блестели от слез.

– Элис, мы должны попытаться, – взмолился он.

Элис не знала, что ответить. Она понимала лишь, что он прав, что все они правы. Но тут откуда-то с поля послышался звук, и, обернувшись, Элис увидела силуэт Джейкоба Марбера – этого человека было невозможно спутать с кем-то другим, – он медленно шел по траве в шелковой шляпе и длинном пальто, которое с негромким шумом трепетало на ветру. Она сошла с мощеной дорожки, чтобы рассмотреть его лучше, и в это самое мгновение он поднял руки, из которых, казалось, засочилась сама тьма.

Со старыми талантами что-то происходило. Они менялись, проявлялись их возможности. Трое понеслись вперед с необычайной для их возраста скоростью, причем двое прямо на бегу уплотнились и стали крупнее. Третий, старик в ночной рубашке, невероятно вырос, конечности его удлинились; вскоре он обогнал двух опередивших его талантов и с размаха опустил руку на землю, словно желая расплющить Марбера на месте. Стоявшая позади старуха как будто приподнялась над землей, воспарила, и от нее исходило загадочное белое сияние, похожее на звездный свет. Остальные старики тоже преобразились, хотя Элис не могла сказать, как именно.

Было очевидно, что с Марбером что-то не так. Он сжал кулаки – вокруг его рук сгустилась тьма и превратилась в извивающиеся ленты из пыли, одна из которых резко вытянулась, хлестнув подбегающего гиганта и двух мускулистых бегунов, а затем втянулась обратно. На лице Марбера отразилось неподдельное напряжение. Гигант прижался к ленте ладонями, уперся в нее, заставляя медленно опускаться, и Элис начала надеяться, что миссис Харрогейт ошиблась, что все они ошиблись и старые таланты, возможно, не так уж слабы, как они думали.

И тут она заметила, как к одному из восьми стариков, более хрупкому, чем остальные, опирающемуся на трость и стоящему на некотором расстоянии, по траве быстро подкрадывается бледное и почти невидимое в зареве пожара существо. Она сразу же узнала лича-Коултона и плавным, рефлекторным движением подняла револьвер и прицелилась, но он словно почувствовал ее внимание, ее сосредоточенность, потому что в тот же миг отскочил в сторону, за спину старика. Мгновение спустя Коултон поднялся во весь рост, оскалив клыки, и со всей силы впечатал хрупкую фигуру в землю.

Элис все равно выстрелила, спокойно нажав на спусковой крючок, но пуля не попала в цель; она надеялась отпугнуть лича от старика, но ничего не добилась, и, когда Коултон снова поднял лицо, сыщица увидела, что с его подбородка, стекая на шею и потрепанную рубаху, капает кровь.

Что бы ни собирался сделать талант-гигант, у него ничего не получилось. Джейкоб Марбер резко отбросил его в сторону, и сражающихся заслонило облако пыли, так что Элис уже не могла их разглядеть.

Больше всего ее поразила быстрота, с которой все произошло. Казалось, с момента появления Марбера прошли считаные минуты. Она оглянулась и увидела, что дети даже не успели пошевелиться и хоть что-нибудь сделать и лишь с ужасом смотрят, как буря черной пыли сметает все на своем пути.

– Что происходит? – крикнула мисс Дэйвеншоу.

– Где они? – закричала девочка-японка. – Вы их видите?

Но они лишь наблюдали, как над полем носится огромный ревущий ураган пыли. Какое-то время ничего не происходило, но вдруг из вихря появился Джейкоб Марбер и посмотрел прямо на них; за ним по пятам, словно верная гончая, несся лич. Все старые таланты погибли.

– Нужно идти, – резко сказала Элис, обернувшись, и только тогда поняла, что Маргарет исчезла.

Чарли видел, как миссис Харрогейт, толкая колеса, молча покатила свое кресло во тьму – вниз, к озеру. На коленях у нее лежали длинные ножи, напоминавшие темные полумесяцы. Когда Элис удивленно огляделась, он ничего не сказал. Но этого и не требовалось. Все они поняли, что произошло.

Чарли не мог перестать думать о духах мертвых из того, иного мира – безразличных, мерцающих, собравшихся по ту сторону орсина густым туманом. Ждущих. Словно влекомых теплом из мира живых. Воспоминания о них были смутными, но мальчику казалось, что они окружают их со всех сторон и что в его грудь ужасным холодом проникает неутолимый голод. Он не знал, каким станет их мир, если духи пройдут через завесу.

Но мысль об этом лишь мельком пролетела в его сознании и так же быстро улетучилась, потому что Элис подтолкнула его и крикнула, чтобы все бежали в сторону главного здания.

– Бегите! Быстрее! – Она махнула рукой другим детям.