Несмотря на напряженную работу Миссии ОБСЕ, необходимо отметить, что ее возможности ограничены и документирование украинских обстрелов территории Донбасса осуществляется лишь в 10–15 % случаев от общего количества обстрелов территории, подконтрольной Донецкой и Луганской Народным Республикам. Приведем лишь пару примеров. Например, в отчете от 28 мая 2015 г. об обстрелах 26 и 27 мая 2015 г. зафиксировано: «Миссия ОБСЕ осмотрела дом на ул. Планерная в г. Горловка (территория, подконтрольная Донецкой Народной Республике), пострадавший в результате артиллерийского обстрела из орудий калибра 122 мм. Согласно свидетельствам местных жителей, 38-летний мужчина и его 11-летняя дочь погибли на месте. Миссия осмотрела три тела погибших в результате артиллерийского обстрела. Миссия ОБСЕ обследовала следы от разрывов артиллерийских снарядов в трех местах Кировского района Донецка. По оценкам специалистов, обстрел велся с северо-северо-западного направления»[35]. В действительности 26 и 27 мая 2015 г. имела место целая серия украинских обстрелов. Например, средства массовой информации писали о том, что 26 мая, в период с 17:00 до 21:00, по г. Горловка было выпущено более 40 артиллерийских снарядов 122 мм и более 30 мин калибром 82 и 120 мм. В результате мощных обстрелов украинскими силовиками погибло пять мирных жителей: одна женщина, трое мужчин и одна одиннадцатилетняя девочка. Кроме того, девять мирных жителей получили ранения, из них три женщины, трое мужчин и трое детей[36]. 27 мая 2015 г. имели место 25 украинских обстрелов из «Градов» и самоходных артиллерийских установок. Обстрелам подверглись населенные пункты Горловка, Широкино, район аэропорта г. Донецка, шахта Октябрьская, Озеряновка, Саханка, Григоровка, Жабуньки, Калиновка, пансионат «Утес»[37].
Между тем в докладах Миссии ОБСЕ за 15 и 16 июня 2015 г. о событиях на территории подконтрольной Донецкой Народной Республики указано лишь то, что «обстановка около Донецкого аэропорта оставалась сравнительно спокойной. 15 июня 2015 г. в периоды с 8:00 до 10:00 и с 12:00 до 13:00 с наблюдательного пункта около Донецкой железнодорожной станции (под контролем Донецкой Народной Республики) Миссия ОБСЕ зафиксировала 17 разрывов от артиллерийского и минометного огня. С наблюдательного пункта около пос. Широкино (под контролем Донецкой Народной Республики) Миссия ОБСЕ слышала звуки от использования огнестрельного оружия и некоторое количество неопределенных взрывов с севера»[38]. В следующем докладе Миссии ОБСЕ указано: «16 мая 2015 г. в период с 13:00 до 15:30 и с 17:00 до 17:30 с наблюдательного пункта около Донецкой железнодорожной станции (под контролем Донецкой Народной Республики) зафиксировала 16 взрывов неизвестного вида»[39]. Лишь в докладе Миссии ОБСЕ за 18 мая 2015 г. о событиях 17 мая указано о том, что «Миссия ОБСЕ посетила госпиталь № 21 в Донецке и зафиксировала последствия обстрела 15 июня (разбитые окна, осколки внутри здания). Врач больницы сообщил, что за минувшую ночь поступило четверо тяжелораненых»[40].
Эти примеры наглядно показывают, что Миссии ОБСЕ удается фиксировать лишь небольшую часть украинских обстрелов. Несмотря на это, доклады и свидетельства Миссии ОБСЕ являются важным источником информации для международной общественности.
В уже упоминавшемся «Акте Ленинградской городской комиссии о преднамеренном истреблении немецко-фашистскими варварами мирных жителей Ленинграда и ущербе, нанесенном хозяйству и культурно-историческим памятникам города за период войны и блокады» приводятся показания пленного фельдфебеля Фрица Уепке, командира 2-го орудия 2-й батареи 2-го дивизиона 910-го артиллерийского полка, который показал[41]: «Для обстрела Ленинграда на батареях имелся специальный запас боеприпасов… Все расчеты орудий знали, что обстрелы Ленинграда были направлены на разрушение города и уничтожение его гражданского населения, поэтому они иронически относились к сводкам немецкого Верховного командования, в которых говорилось об обстрелах «военных объектов» Ленинграда».
Аналогичным образом, в ходе украинской гражданской войны, начиная с 2014 г. действовали и Вооруженные силы Украины: школы и больницы обозначались как «штабы», а мирные объекты как военные. На приведенных в этой книге фотографиях показано распоряжение Вооруженных сил Украины об обстреле школ Донбасса — шифротелеграмма № 2/382 от 27 декабря 2014 г., адресованная командиру 17-й отдельной танковой бригады об открытии огня по четырем целям 28 декабря 2014 г. в 05.00 утра. Приводим полный перевод шифротелеграммы с украинского языка:
