– Боже! – и в ту же секунду отбросила вещицу. Тяжелое серебряное кольцо со стуком покатилось по половицам и замолкло у прислоненной к стене двери. Подскочив с кровати, Тиса прижала руку к груди, словно обожженную. Через несколько тяжелых стуков сердца она с опаской приблизилась к кольцу, словно к ядовитой змее. Нет, это не игра ее воображения и не дурной сон – на полу лежал перстень из ее видения. Василиск глядел на нее потухшими альмандинами, а змеиный хвост был чем-то испачкан. Тиса осторожно нагнулась и вздрогнула, когда поняла – не испачкан: из серебряного хвоста торчал пучок цветных ниток. Секунда – и прямо на глазах пучок уменьшился в размере. Металл будто пожирал плетеное кольцо шкалуша. Как это возможно?
– Я подниму. Какая интересная вещица! – Тиса вздрогнула от голоса. Зарай Климыч нагнулся и поднял кольцо. – Ничего, что я вот так, без стука? Двери-то нет.
Начальник таможни улыбнулся, растянув усы-гармошку, и подал украшение. Девушка отпрянула.
– Оно не мое! – лицо ее стремительно бледнело.
– А чье же? – не понял таможенник. – Постой-ка… – Зарай нахмурился, разглядывая украшение: – Не тот ли это перстенек, о котором Лазар говорил? Вот же, василиск! И камешки вместо глаз, – постучал пальцем по серебру таможенник. – Кольцо отступника. Откуда оно у тебя, девочка?
Войнова не могла вымолвить и слова.
– Тиса Лазаровна? Вы знаете, чье оно? – чуть ли не по слогам спросил Климыч, теряя терпение от ее молчания.
– Я его нашла, случайно, – пролепетала девушка.
– Ой-ёй, – таможенник недоверчиво сощурил глаза.
Тиса закусила нижнюю губу, отчаянно пытаясь придумать правдоподобный ответ.
– Да. Нашла. На базаре. Это правда, – голос предательски дрогнул.
Климыч из-под бровей внимательно посмотрел на девушку.
– Я тебе верю, – кивнул он. – Лазар всегда был правдив, порой даже во вред себе. Я уверен, его дочь не может лгать. Тем более пойти на предательство и прикрывать безумца, который уже семь человек отправил в могилу, насылая на несчастных свою огненную кошку. Нет-нет. Это не в вашем характере, Тиса Лазаровна. Ваш батюшка мне говорил…
Войнова вновь услышала звон в голове и сжала виски.
– Нет! Пожалуйста, не говорите мне о нем! Я не знаю, чье это кольцо. Прошу!
Климыч удивленно сморгнул и успокоительно заговорил:
– Тихо-тихо, я понимаю, девочка, как должно быть тебе тяжко нынче. – Он погладил ее по плечу. – Но ты справишься. Обязательно справишься.
Тиса почувствовала, как слезы подступают к глазам, и опустила голову.
– Я лучше загляну позже, – сказал таможенник. – Не против, если я заберу колечко-то?
Зарай Климыч покинул ее комнату, и тишина набросилась на девушку.
– Нет, не может быть, – растерянно шептала Тиса. – Это не его кольцо! Здесь какая-то ошибка.
Она выяснит, она поговорит с Трихоном, и он все ей объяснит. Но дурное предчувствие уже гадюкой заползало в душу.
Стук в косяк вырвал ее из мучительных размышлений. Камилла принесла кружку со снадобьем.
– Выпей, милая. Тебе полегчает.
Безропотно приняла и залпом выпила. Покривилась. Какая гадость! На зубах скрипел песок. Что там Агап намешал для нее?
Отставив пустую кружку на тумбочку, девушка легла. Ее знобило. Камилла заботливо укрыла ее и на цыпочках покинула комнату. Скоро одеяло – или лекарство? – согрело, ноги налились горячей кровью. Затем руки. Пальцы закололо как после онемения. Последней огнем вспыхнула голова. Обострилось зрение, а сердцебиение участилось. Тиса взглянула на высаженную дверь и поднялась с кровати.
– Камилла! – крикнула она, выглянув на лестничную площадку. – Какого дракона эта дверь еще не на петлях?! Сейчас же пусть починят, оболтусы!
Через пять минут в комнату протиснулись здоровяки-новобранцы, Егор с Федотом. Промямлили свои дурацкие липовые соболезнования и, ухватив тяжелую дверь с двух сторон, попытались подтащить ее к косяку. По пути ноша сорвалась с рук и грохнула об пол. Это разозлило молодую хозяйку.
– Пошли прочь! – она схватила гребень со столика и швырнула его в парней. – Вы развалите мне комнату! Чтоб вам провалиться!
Гребень стукнулся о косяк.
– Вандалы!
Пригнув бритые головы, новобранцы исчезли с шепотком: «С горя, видать, помешалась».
– Я вам покажу «помешалась»! – капитанская дочь двинула ногой табурет. Злость распирала ее изнутри.
Что это с ней? Войнова достала успокоительную настойку из тумбочки, глотнула. Бесполезно. Все вокруг раздражало. В дверях снова появилась Камилла и осенила себя святым знамением. На крики из библиотеки спустились Витер, Климыч и Гор.
– У девочки истерика! – пролепетала кухарка подошедшим мужчинам. – Надо Агапа Фомича позвать.
– Не надо, – схватил ее за руку Зарай Климыч. – Я слышал, в горе нужно давать выход эмоциям, а не подавлять их. Сейчас она покричит, зато потом станет легче.
Камилла, сглотнув, кивнула.
– Что вам надо от меня? Оставьте меня в покое! – накинулась на любопытных Тиса и тут же мрачно расхохоталась от вида вытянутой рожи Витера.
Камилла снова наложила звезду на себя.
– Вы не на нас злитесь, милая, – сказал начальник таможни, – а на того, кто виноват.
Тиса вспомнила о кольце. Лицо ее искривила злость.
