Мы стояли и не двигались. Я чуть поодаль, а Клава — на пороге комнаты. Спустя минуту она аккуратно закрыла дверь и мрачно посмотрела на меня.
— Хорошо, что ты ее нашла.
— Она поправится, — успокоила я ее. — Сильное сотрясение получила, но жива. Надо бы наведаться в больницу. Собираюсь сделать это немедленно. Вы со мной? Или здесь подождете?
Пятиэтажное здание больницы выглядело очень респектабельно. Видимо, недавно ее капитально отремонтировали, потому что кое-где на территории попадались кучи битого кирпича, небрежно прикрытые разорванной упаковочной пленкой, а возле входа в приемный покой нас встретила батарея пустых пластиковых ведер из-под краски.
В холле больницы было малолюдно. Девушка-регистратор, выслушав нас, стала звонить в отделение. Клава внимательно ловила каждое ее слово. Переговорив с кем-то, девушка переключилась на нас.
— Зоя Константиновна Толубеева поступила в отделение интенсивной терапии, состояние оценили как стабильное. На данный момент риска для ее жизни нет. Вас туда не пустят.
— То есть она стабильна, но нас не пустят? — съехидничала Клава.
— Интенсивная терапия же, — округлила глаза дежурная. — Вход только для родственников, пускают только к тяжелым. Исключительно с разрешения главного врача.
— Поди ж ты, а? — нахмурилась Клава. — А если у нее никого нет? Такой вариант вас не устроит?
— Не устроит.
— Как много у нас общего, — ответила Клава. — Прямо моя копия, только размер груди не над уровнем моря. Меня ваш вариант тоже не устроит.
— Не хамите, — повысила голос медсестра. — Есть установленный порядок…
Клава, подпрыгнув, перегнулась через стойку регистратуры. Девушка сделала шаг назад. Я приготовилась ко всему на свете.
— Ты вот что, глиста в халате, — тихо сказала Клава. — Ты хоть и за забором стоишь, но мой тебе совет: не двигайся до тех пор, пока я не покину это здание. И не звони никуда. Потому что я и повыше подпрыгнуть смогу.
Клава коснулась ногами пола, картинно оттолкнулась ладонями от стойки и прямиком направилась к лифту.
— Я сейчас охрану позову! — повысила голос дежурная.
— Зови, пусть проводят, — согласилась Клава и нажала кнопку вызова.
Охранник, которого можно было перешибить силой мысли, неловко улыбался, глядя на нас из-за огромного искусственного фикуса, стоявшего в углу холла.
— Терминатор, — шепнула Клава. — Раньше работал у нас в библиотеке, тоже охранял. Видать, жизнь заставила в кобуру нарядиться-то.
— Нет, Клава, так не пойдет, — решительно заявила я.
Я вернулась в регистратуру и извинилась. Пришлось объяснить девушке причину такого сильного желания увидеться с пациенткой Толубеевой и уверить ее в том, что мы сразу уйдем, если нас не пустят в палату.
До палаты дойти не удалось — в дверях отделения нас встретила воинственно настроенная медицинская сестра, которую, казалось, не смог бы сдвинуть с места даже танк. Заметив, что Клава готова применить физическую силу, я выступила вперед и стала расспрашивать медсестру о Зое Константиновне.
— Сегодня поступила, совершенно верно, — проинформировала меня женщина. — Стабильна, да. Получила сотрясение головного мозга. Рана на затылке поверхностная, опасности для жизни никакой. Уже обработали и зашили.
— Она в сознании? — встряла Клава.
— Да, пришла в себя, — кивнула медсестра. — Сейчас отдыхает. Пропустить вас к ней не имею права, это приказ завотделением. Он подтвердит, как только освободится.
— Не могли бы вы сообщить мне, когда можно будет ее навестить? — попросила разом сникшая Клава.
— Через пару дней, не раньше. Мы и полицию не пускаем, не разрешается.
— Понятно.
— Пожалуйста, — попросила я, — передайте Зое Константиновне, что приходили навестить ее Клава и Татьяна — она знает. Скажите, что все будет в порядке. Пусть отдыхает.
Клава опустила голову. То ли устала держать спину ровно, то ли стресс сработал в обратном направлении, утомив ее нервную систему. А ведь была как Рэмбо, тронь — размажет по стенке. Но если на что-то смотреть издалека и бояться — это одно, то подойти ближе и увидеть — это другое. Вот после другого и наступает «психологическое похмелье».
На улице я закурила, не боясь того, что кто-то меня одернет. Клава медленно шла рядом, глядя под ноги.
— С тобой в гостиницу пойду, но на ночь не останусь, — сказала она спустя время. — Справишься?
— Справлюсь, — заверила я ее.
— Я пару раз была на хозяйстве, когда Зойка срочно куда-то уезжала, так что все объясню и покажу. Но только завтра, ладно? А сейчас так… на минутку. Не могу даже думать о том, что случилось.
— И не думайте, — оборвала я Клаву.
