Наконец они въехали в большой темный лес, и только здесь — впервые после того, как они покинули Вену, — Ванда услышала, как ее похитители заговорили между собой. Разумеется, она не понимала, о чем они говорят, она не знала русского языка, но по тону, каким велась эта беседа, она догадалась — что-то у них пошло не так, как они того ожидали.
И тут она услышала волчий вой. Лошади захрапели, попятились. Кучер принялся хлестать испуганных животных кнутом, и спустя какое-то время они покорились ему.
Вой повторился еще и еще раз. Ванда в очередной раз оглянулась и увидела, что сидевший позади нее человек вытащил пистолеты и держит их в руках на изготовку. Волки приближались. Сейчас Ванда уже их видела — серые тени слева и справа от саней, на одной линии с лошадьми. Тени мелькали между стволами деревьев, поблескивали желтыми огоньками глаз, и красивая лунная ночь от присутствия этих страшных зверей сделалась вдруг отвратительной и ужасной.
Лошади бежали теперь сами, подгонять их было не нужно — они неслись вон от смертельной опасности.
Волчья стая подбиралась все ближе. Ванда затаила дыхание. Вожак выскочил на дорогу — лошади резко стали и поднялись на дыбы.
Последовал удар. Сани, от толчка развернувшись, накренились, едва не перевернувшись, и тут резко защелкали выстрелы — один, второй, третий.
Ванда вскочила на ноги и вцепилась руками в передок саней…
Мужчины палили из пистолетов, лошади дергались при каждом выстреле, извивались, храпели и пятились, а голодные волки ждали момента, чтобы напасть.
Заслышав выстрелы, Ричард неистово погнал упряжку вперед, так что сани одним лишь чудом удерживались на утрамбованном санными полозьями снегу. Не дожидаясь приказа, грумы повытаскивали пистолеты, а Ричарду оставалось лишь сожалеть о том, что он не вооружен.
Круто свернув на повороте, он с трудом сумел осадить лошадей почти на расстоянии вытянутой руки от стоявших поперек дороги в окружении стаи волков саней, в которых везли Ванду.
Деревья в этой части леса росли не так густо. Сюда проникал лунный свет, и было отчетливо видно происходящее. Неприятельские лошади жались одна к другой, а кучер и грум яростно палили наугад по кустам. Ванда стояла, вжавшись в передок саней, — на фоне темных кустов и подлеска ярким белым пятном выделялась ее горностаевая накидка.
Появление новой упряжки вспугнуло волков, и они подались назад, в безопасное место, где сгущались кусты. Однако далеко не отходили, и, присмотревшись, можно было заметить злобный блеск в их глазах и текущую из пасти слюну. Волки заняли выжидательную позицию, готовые при первой возможности возобновить нападение, однако благодаря замешательству хищников люди получили малую передышку и возможность занять оборону.
— Держите лошадей! — крикнул Ричард своим грумам, и они попрыгали из саней выполнять приказание. Удерживать лошадей было непросто, они тревожно перебирали ногами, прядая ушами и оглашая ржанием лунную ночь.
Ричард бросил вожжи и, спрыгнув на снег вслед за грумами, быстро выхватил у одного пистолет. Взяв на прицел неприятельского возницу, он подбежал к саням Ванды.
Он слышал, как она сдавленным голосом выдохнула его имя, но не стал смотреть на нее и заговорил только с русским кучером, стоявшим под укрытием саней с дымящимся пистолетом в руке.
— Согласно приказу его императорского величества следует вернуть эту даму назад, в Вену, — не терпящим возражений тоном объявил Ричард.
— Я получил приказ от его сиятельства князя Волконского, — медленно отвечал кучер на немецком.
— Его величество не интересуют приказы его сиятельства, — жестко ответил Ричард по-русски, вполне сносно, ибо кучер и грум из лагеря неприятеля переглянулись и, было неуловимо заметно, несколько помягчели.
Ричард поднял вверх левую руку. В лунном свете на ней блеснуло кольцо. Оно произвело ожидаемое впечатление, но тем не менее возница его сиятельства повторил:
— Я служу его сиятельству князю Волконскому, сударь, и эта дама, согласно его приказу, должна быть доставлена в Грузино, имение его сиятельства графа Аракчеева.
— Теперь вы получили приказ от меня, а я его отдаю от имени царя Александра, — напомнил Ричард, все так же с металлом в голосе и по-русски.
И для убедительности подбросил в руке и ловко перехватил пистолет — в качестве визуального аргумента. Его расчет оправдался. Неприятель был разоружен и принял свое подчиненное положение. И тогда Ричард наконец повернулся к Ванде.
— Могу я проводить вас в мои сани, мадам? — с салонной галантностью осведомился он, предлагая графине руку.
Ричард видел, что Ванда готова броситься ему на шею, но держится с холодным достоинством надменной аристократки, и подивился ее беспримерной выдержке — лицедейству? — под знаком смертельной опасности.
— Я готова выполнить приказ его императорского величества, — проговорила она тихим, но уверенным голосом.
Ее дрожащие пальчики доверчиво легли в ладонь Ричарда, и он повел ее по непримятому снегу к своим саням. Усадил, заботливо обернул меховой полостью и только потом обернулся к старшему из своих помощников.
