Мда, сколько агрессии. И нецензурных слов ещё добавилось. Я окончательно растерялась. Никогда не любила все эти разборки — сложно было отвечать оппоненту, когда горло сдавливает спазм. И вот опять. Я не могла ничего сказать, или как-то ответить.
Ещё повезло, что Кир вовремя вытащил взбешенную девушку из-за стола, а иначе бы по моему светлому свитеру растекалось коричневое пятно. Правда, стол всё же пострадал — Мила успела задеть чашку Решетова.
Пока он её уводил на улицу, ко мне подскочил наш официант и быстро убрал следы пролившегося кофе. А после поинтересовался, не надо ли ещё чего. Я, поблагодарила за заботу и попросила счёт.
Настроение было ниже уровня моря. О том, чтобы поработать, уже не было и речи. Эти двое ещё не скоро выяснят отношения, а может и помирятся. Кто знает? Я же здесь была явно лишней, и задерживаться совсем не хотелось.
Было досадно.
Во-первых, из-за себя. А во-вторых… тоже из-за себя и своей глупости. Надо было к родителям уехать на выходные, ведь хотела же. А теперь придется собрать свои вещи и уехать в город. Правда, собирать особо нечего, я еще не успела распаковать рюкзак.
Успев всё обдумать и доесть остывший завтрак, я оплатила счёт (дежа вю, не иначе), и направилась к номеру, где оставила вещи. Назвать его нашим уже как-то язык не поворачивался. Оставалось надеяться, что в комнате нет сейчас бурного примирения, и я смогу быстро, а главное незаметно уехать.
Малодушно, да. Но ведь кроме соглашения о взаимопомощи нас всё равно ничего не связывало. Зарождающиеся симпатии не в счёт. Жаль, придётся сознаться Ире во всем и примерить на себя роль подружки невесты. Но это пережить можно, а вот быть ни за что оплёванной — очень неприятно.
Занятая такими мыслями, я не заметила, как дошла до нужного корпуса. Стало оживлённее. Дети бегали и играли в снежки, а родители стояли неподалёку и осматривались. Я даже невольно вспомнила себя, когда мы так всем семейством сюда приезжали на пару дней в детстве. Надо будет уговорить своих приехать сюда опять на праздники.
Тряхнув головой, отгоняя свои мечтания, я зашла внутрь. С опаской поднималась по лестнице, еле шла по коридору, прислушиваясь. Везде была тишина. Относительная. Постояльцы заселялись, но воплей блондинистой девицы слышно не было. И только дойдя до номера, до меня дошло, что никуда я не уеду. Потому что ключ остался у Кирилла.
Я устало плюхнулась на пуфик, приставленный к стене. Минут пять можно помедитировать, чтобы ещё несколько раз не бегать туда-сюда. Закралась мысль, что, наверное, номер уже хорошо и надолго занят. А у меня с собой только кошелёк и телефон, без которого в последнее время никуда. Ключи от квартиры остались в рюкзаке. Жаль, конечно, можно и к родителям уехать, а потом созвониться с Ирой и уговорить её приехать с ночевкой. Пожалиться ей. Надеюсь, она сильно надо мной ржать не будет.
Пришлось выдыхать. Пять минут уже прошли. Набравшись храбрости, я постучала в дверь, даже ухо приложила, ручку подёргала — тишина. Ну, что же? Оставалось теперь дойти до ресепшена и попросить второй ключ, или попросить сопровождающего открыть дверь номера. А там уже рюкзак в лапы и на выход.
Я ещё потопталась пару минут для проформы, держа в руках куртку. Внезапно вспомнила о том, что Решетов мне как раз звонил утром и у меня есть его номер.
Хм… Позвонить или нет?
Сеть работала с перебоями, но всё же работала.
Пока я спускалась, вспомнила нашу первую встречу. Вернее, для Кирилла она была первая. Думал, что я его придушить хотела. Тогда не хотела, а сейчас, понимая, из-за кого он тогда так сорвался с кафешки, очень хочется затянуть галстук потуже на его шее. Жаль, что Кирилл не носит галстуки. Вернее, за время нашего знакомства я не видела его в костюме. У нас на работе дресс-кода сильно не придерживались. Особенно руководители.
Казалось бы, времени прошло совсем немного, а воспринимается, будто это было очень давно. Давно и неправда.
Уже на ходу надевала куртку, одной рукой, в другой держа телефон. Спускаясь, я немного не рассчитала ступеньки, сделав шаг больше, чем надо было, и полетела вперёд. Так наверно ещё летела полметра, если бы меня не поймали за локоть, а потом за талию, прижав к груди. Капюшон, который я до этого успела накинуть на голову, полностью закрывал обзор, не давая рассмотреть моего спасителя. Но мягкий кашемир не скрывал рельефные мышцы его обладателя, а запах…
Знакомый запах, кстати!
— Не ушиблась? — с беспокойством спросил Кирилл, и у меня сердце сразу ухнуло в пятки.
Он осторожно перенёс меня с оставшихся ступенек к дверям и снял капюшон.
— Хм! — отпустил меня и легко коснулся подбородка, приподняв голову. — А чего глаза такие?
Прищур его серых глаз и хитроватая улыбка заставила сердце биться чаще. И я чуть не забыла, о чём меня спросил Кир.
Уютная тишина и мягкое тёплое освещение обволакивали нас.
— Какие-такие? — я убрала его руку и попыталась отстраниться. Не особо получилось, узкий коридор далеко уйти не дал. Я уткнулась спиной в стену.
