— Мой зад вас не побеспокоит. Зато предупрежден – вооружен! Ладно, беги, тебя кое-кто уже дожидается, — подмигнула она, красноречиво покосившись мне за спину. Обернувшись, нашла Адриана неподалеку и сразу же направилась к нему, ощущая, как кожа под многообещающим взглядом любимого начинает пылать. Кажется, пришло время брачной ночи.
Ух!
Муж без слов подхватил меня на руки под одобрительные смешки и свисты оборотней и их пар, махнул друзьям рукой и потащил к нам в спальню.
— О чем секретничали с Рией? — шептал лис, шумно вдыхая запах моих волос.
— Да так, о своем о девичьем, тебе, мужчине, не понять.
— Ла-а-адно, я могу надеяться, что вы не задумали какую-нибудь шалость? — толкнул он ногой дверь под мой тихий смех.
— Ты что, какие шалости, ничего такого, слово ведьмы! — стекла по сильному телу, вставая на ноги, и на секунду зажмурилась от переполняющего нутро счастья.
— Тогда слово лиса, что шалостям сейчас быть, — его ладони заскользили по плечам, на несколько секунд задержались на талии, погладили живот и скользнули к бедрам, начали медленно задирать подол платья, выше и выше, кончиками пальцев оглаживая кожу. Прижалась к мужу тесней, легонько потерлась носом о гладкий подбородок и нашла упругие губы, первой их раскрывая и накрывая.
Одежда неторопливо падала на пол, влажные звуки горячих, страстных поцелуев, кровать, на которую меня услужливо перенесли и аккуратно уронили на лопатки, чтобы следом слегка придавить тяжестью своего веса. Широко разведенные ноги на плечах, самые очаровательные горящие искренним обожанием и желанием присвоить, вторгнуться не только в тело, но и в душу глаза с алыми бликами на дне. Его твердое естество, осторожно, медленно, но неотвратимо раздвигающее тугие стеночки, и чуть болезненно-сладкая наполненность - наш синхронный выдох-стон.
Его ладони удерживают мои над головой, в отсвете бра поблескивают брачные кольца. Тихий ласковый шепот с рычащими нотками, перемежающийся с гортанными стонами удовольствия, и бьющиеся в унисон сердца предначертанной пары.
Это была самая лучшая ночь в моей жизни, наполненная нежностью и любовью. Неспешная, глубокая и до чертиков в глазах яркая. Такая, какую не забыть никогда.
Ульяна
Дни закрутились с ошеломительной быстротой. И чем ближе подступал день перехода в мой мир и Новогодье, а затем и наша с Адрианом учеба в университетах, тем тяжелее у меня становилось на душе. Лис чувствовал мою нервозность, но допросов не учинял, подглядеть, что да как, с помощью нашей связи не пытался и наверняка ожидал, когда я первой соизволю сказать ему, в чем дело. За что ему огромное вейдаровское спасибо! Я и сама бы не прочь объясниться, но моя проблема и мысли выглядели настолько накрученными и надуманными, что аж самой за себя было стыдно, да и ведьминская гордость не позволяла сказать огоньку о своих несуразных страхах. Дырявый котел, верховной на меня нет, вот честное слово. Я и раньше была неправильной ведьмой, а сейчас стала какой-то совсем уж немножечко размазней.
Так, ну все, срочно нужна медитация и втык от внутренней ведьмы!
Дернув шторы, решительно устроилась на ковре и, скрестив ноги, прикрыла ресницы, визуализируя высокую скалу, вид с которой открывался на засушливое ущелье, себя, сидящую на достаточно широком выступе и болтающую ногами в пустоте, в лицо ударил яростный ветер, растрепав волосы, запахло изморозью, жухлой листвой, полынью и отгоревшим костром. Напротив меня в воздухе начал материализоваться образ меня же самой в истинном облике. Что сказать, красотка. Особенно полыхающие злобой глазки и премиленькие черненькие венки с алыми прожилками вызывали в моей душе чрезвычайный восторг.
— Что надо? — совсем не любезно поинтересовалось мое я.
— Шоколада, — автоматически сказанула, — молочный с орехами. Вот он сейчас бы очень зашел. А вообще, за советом пришла.
— С шоколадом - не по адресу. А вообще, могла бы выпить яду или отвар трав, и необходимость во всякого рода советах отпала.
Угрюмо вздохнула. Могла. Но в Аррет у меня выработалась отвратительная привычка о ядах напрочь забывать.
— Раз я уже здесь, вот скажи мне, родная…
— Льяна? Ты тут?
— Да блин-оладушек. Быстро, что мне делать с моими страхами по поводу мужа?
— Говорю же. Напиться яду и затащить лиса в постель, там и поговорите, через рот, в любой вариации. Все, адью.
— Извращенка, — крикнула вдогонку рассыпающейся кусочек за кусочком проециро-контролируемой визуализации.
Ведьма успела выдать в ответ: кто бы мяукал. Ну да. Она это я, так что, какие претензии.
Хмуро вскинула голову на застывшую в проеме двери снежную, на ее шее поблескивала золотая цепочка спрятанного под худи амулета.
— Помешала, да? Прости.
— Ничего, — буркнула, поднимаясь. — Что-то срочное?
— Нет, на самом деле. Просто пришла проведать тебя. Ты чем тут занимаешься?
— Ничем важным, — махнула рукой, перемещаясь на кровать. — Медитировала маленько.
— А-а-а, хорошее дело. Я тогда попозже загляну. Извини, порушила тебе весь процесс.
— Не придумывай, заходи.
