Что характерно, почти не соврала. Разумеется, ситуация моя крепкому сну не располагала. Но одна из первых вещей, которой я научилась под крылом своего гильдейского наставника — отключаться, как бы плохи ни были дела.
«Вырубайся, как только появился шанс, — говорил он. — Не важно, какой кабздец творится вокруг. Мозги должны быть ясными. Надо спать. Иначе — никак.» Один из множества полезных уроков… Как тебе самому там спится, старый уродливый Владеш? Если каким-то чудом выживу, то поквитаюсь за тебя.
— Рада слышать, что у вас всё хорошо, о цветок! Сегодня все девушки, выбранные Ртутными братьями, приглашены на завтрак с ними. Специально для вас подготовили особый наряд. Желаете увидеть?
— Не могу дождаться! — я изо всех сил постаралась, чтобы ехидство в голосе не слишком сильно бросалось в уши.
Нельзя не признать: драконьи наряды очень удобны.
Особенно на фоне человеческой моды со всеми её корсетами, пышными юбками и прочими извращениями. Так что я, привыкшая к мужской одежде, с нескрываемым облегчением натянула на себя широкие шаровары, накидку без рукавов и верхнее платье, весьма напоминающее халат. Ничто из этого не стесняло движений и не доставляло никаких неудобств. Единственным раздражающим моментом были, пожалуй, широкие рукава — с непривычки. Хотя и вполне понятно, для чего они нужны: под прикрытием ткани можно при наличии достаточной сноровки совершать любые колдовские пассы. Удобно, что уж. Но для этого нужна выучка. А для новичка запутаться в рукавах и, например, поджечь самого себя — раз плюнуть.
— Следуйте за мной, о цветок, — служанка, чьё лицо в соответствии с местной традицией скрывала маска, повела меня за собой. Я послушно последовала за ней, натянув походя мою персональную маску — насмешливую улыбку.
Через пару поворотов мы встретились с другой маленькой процессией: Марни тоже вели к обеду.
Она бросила на меня уничижительный взгляд. Я улыбнулась ещё шире. Увы, детка, но твои обиды — не первая и даже не десятая из моих проблем.
Постепенно к нам присоединялись всё новые и новые девушки. Я отметила, что их наряды отличались в зависимости от статуса. У «цветов» на одежде были вышиты… собственно, цветы. Большинству достались белые, а мне отчего-то — бирюзовые. Остальные девчонки также делились на белых и бирюзовых, но — по цвету пояса.
— А от чего зависит цвет? — уточнила я.
— От того, кто выбрал девушку, — буркнула Марни. — Даже этого не знаешь? Знала вообще, куда шла?
Вон оно как…
— Спасибо, — я снова осмотрела наш курятник.
Бирюзовых «поясов» было предостаточно. «Цветок» только один — я.
И да, меня не должно было
— Чувствуете себя особенной, леди Лайлин? — а вот и выбранная Марли «призовая сучка». Подпоясанная бирюзовым. — Опыт предыдущих Отборов показывает, что покровители очень часто разочаровываются в слишком поспешно выбранных «цветах».
— Да, — я грустно вздохнула. — Это кошмар. И что уж тогда говорить о «поясах»? Их, бедняжек, могут вышвырнуть в любой момент…
Гнев, плещущийся в глазах аристократки, доставил мне искреннее удовольствие. Она явно не собиралась оставлять этот раунд за мной, но увы и ах — двери парадной столовой распахнулись перед нами, впуская в обеденный зал. Разумеется, все девушки, включая призовую подруженцию Марни, тут же переключились в режим «Я мила, очаровательна и невинна». Я на это только мысленно усмехнулась: вот можно подумать, драконы не слышали вас за два этажа отсюда… Впрочем, в чём-то та же Марни права — это игра со своими правилами. Где «властный дракон» и «скромная очаровательная дева» — архетипические роли. Даже если оба актёра откровенно фальшивят, все всё равно будут притворяться, будто верят. Так это работает.
Обеденный зал был… ну, как водится у драконов: роскошно, много пространства и, конечно же,
Драконы не встали при нашем появлении, разумеется. Закономерное последствие того, что у них равенство полов: понятие «галантности» в человеческом его понимании отсутствует, как факт. Как, в общем-то, и у остальных магических рас.
Хотя везде есть свои особенности, конечно… у сидов, например, ни о каком равенстве и говорить не стоит. Мужчина обычно не только встаёт при появлении женщины, но и склоняет голову. По крайней мере, в семьях старой традиции. Мои-то родители были примерно равны, потому что папа происходил из очень старого и очень знатного рода. И считал, что матриархат — пережиток прошлого. Мама более-менее легко с этим мирилась… хотя при её семье, разумеется, родители изображали добропорядочную матриархальную ячейку общества сидхе.
