— Но… — начал было кто-то из его сотрудников, но Мук только раздражённо фыркнул.
— Приоритетное дело. На всякий случай напоминаю: второй уровень секретности. Приносим магические клятвы, потом — на выход. За сохранность образцов отвечаем головой. Вопросы?
Оных не последовало.
Когда в покоях остались только мы с Муком, сид тихо вздохнул и ещё раз прошёлся по комнатам. Я, соблюдая дистанцию, следовала за ним. А неплохо мы порезвились, конечно… даже не помню, откуда взялись некоторые разрушения — видимо, чудесные летающие перья постарались.
— Дерьмо, — сказал Мук, — быстрее бы они закончили со своей болтологией.
— Что-то не так?
Он только отмахнулся от меня.
— Всё не так. Но и Совет тоже откладывать нельзя было.
— Почему?
Он быстро, оценивающе посмотрел на меня.
— Кио тебе не рассказывал?
— Нет. На это и времени, собственно, не было.
Мук хмыкнул.
— Ну, если очень коротко… Помнишь того невезучего парня, который чуть не поджарил тебе мозги? Так вот: тем утром он встречался с Йиа Радужной. Также разговор с ней — последнее, что помнит Кио, прежде чем его опоили. Есть ещё некоторые вещи, о которых я не могу говорить. Прибавь сюда ситуацию со змеёй, которую привели Зелёные, но несколько ночей после того приёма селенити провела у Рия Радужного… а прибыла она из Тавельни, где вести расследование крайне тяжело…
— Всё указывает на Радужных. Слишком очевидно, чтобы быть правдой?
— Верно. Йиа обвиняет Кио в фальсификации данных и считает улики сфабрикованными. Зелёные нервничают и пытаются сохранить нейтралитет. Про Ртутных тебе и так всё понятно — под ними шатаются их полномочия. Прибавь сюда балаган, в который превратился Отбор, недовольство человеческой аристократии работой Кио, прокол ведомства Сил…
— Не очень приятная картина.
— Именно. Вопрос в том, что за ней. И кого этот взрыв заденет.
Я покосилась на Мука.
— Волнуешься за Снежинку?
— А ты — за Кио?
— Волнуюсь, — потому что противник у него серьёзный. И совсем не шутит.
Он удивлённо поднял брови, будто не ожидал такого признания.
— Да, я тоже, — сказал он, помедлив. — Син особенная. Она любит загадки, да. Но ненавидит этот Дворец, его правила и прошлое. Она слишком прямолинейная и мягкая для принцессы. Истинная принцесса другая, конечно. Первенец Великого Императора…
— Сил.
— Да. Она должна была стать Императрицей, но Совет Домов проголосовал за Лии.
Как много интересностей за раз, однако.
— Почему?
— Что — почему?
— Почему Совет не выбрал законную наследницу?
— Официально? Дань уважения людям, у которых женщины не наследуют престол. Плюс возможность выбрать среди наследников самого подходящего показалась им разумным решением. Неофициально? Возможно, Император Лии показался им менее… радикальным.
«Менее радикальным», значит… То есть, более адекватным. Или более удобным. А в данном случае, скорее всего, и то, и другое сразу.
Я покосилась на Мука, прикидывая, насколько много смогу сейчас из него вытянуть. Он, кажется, был погружён в себя: скользил взглядом по картине разрушения, не обращая на меня внимание. Чутьё подсказывало: о деле он мне больше ничего толкового не скажет. Но… есть ещё кое-что, что нас объединяет. И можно зайти с этой стороны. Может, я и не узнаю каких-то страшных тайн, но их мне и так не расскажут; зато есть шанс чуть лучше понять тех, кто вокруг.
А это бесценно. Ибо Подгорный Король, как известно, всегда прячется в контексте.
— А как ты сбежал с островов Сидхе-данан? — спросила я. — Если не секрет.
— А с чего ты взяла, что я сбежал? — вскинулся Мук, выныривая из своих мыслей.
— Банальная логика, — ответила я успокаивающе. — Твоя реакция на меня говорит, что ты довольно долгое время провёл в атмосфере традиционного уклада сидхе…
Я не стала добавлять: «Достаточно долго, чтобы тебя успели сломать». Это было бы грубо и нечестно по отношению к нему. Мук был тем ещё фруктом, на самом деле. И не заслуживал снисхождения. Но и реакция его на меня тоже о многом говорила.
— … и сомневаюсь, что тебя просто так бы отпустили. Не слишком знатный род, но при этом — настолько редкий, выраженный магический дар… Уверена, у тебя крайне высокая степень трансформации. Ты мог бы стать отцом могущественной наследницы. И украшением чьего-нибудь гарема. Сомневаюсь, что с такими данными тебя так просто отпустили бы с островов…
— Разумеется, не отпустили, — сказал Мук зло и как-то отчаянно. — Умная какая. Наверное, ты своего брата тоже не отпустила бы, а?
В горле встал ком. Сквозь пальцы пробились когти.
Интересно, осознавал ли Мук, по какому краю только что прошёлся?
