Ночь миновала без приключений. Утром после завтрака отработали первый сеанс связи. И всё у них вошло в привычное расписание. Братья лоцировали пятикилометровые плечи профиля. Влад с Эдуардом обуривали его и отбирали пробы грунта. Инна занималась ягодой и иногда готовила. Иногда — потому что готовить на буржуйке дело непростое, нужно иметь сноровку… Поэтому в основном готовил Славка. Обычно в полях приготовление пищи — вопрос очерёдности, но Славка обещал, что заведовать кухней будет Инна, и все, естественно, манкировали обязанностями. Славке ничего не оставалось, как взять поварские обязанности на себя. Паразиты, что поделаешь?
А в остальном — всё как в конце сентября. Утром холодно до заморозков, днём под солнцем отогревало. Комара не было, вялая мошка вылезала из торфа ближе к обеду. Грибы и ягода. В общем, ещё тепло и сухо. Но на четвёртый день начал накрапывать занудный дождик. Одежда стала постоянно сырой, настроение портилось, все ходили злые, а тут даже выматериться нельзя… Ну как так можно?! Одно успокаивало: скоро их с болота снимут.
Предварительно договаривались — вертолёт заберёт бригаду в субботу в полдень, на очередном вечернем сеансе связи Колганов это и подтвердил.
В ночь с пятницы на субботу мелкий дождик превратился в нормальный дождь.
Сеанса утром не было.
В двенадцать вертолёт не прилетел.
Не прилетел он и в два.
Не прилетел в четыре.
Самое гадкое — все вещи, кроме палатки и печки, они перетаскали на болото, готовясь к эвакуации. В пять повторно попытались выйти на связь, и Полищук сообщил: вертолёта не будет. И не будет аж до понедельника!
Оно, конечно, не страшно, не в первый раз переживать задержки. И даже по такой погоде. И даже не по такой. Вещи они перетаскали обратно в палатку, печка уже была натоплена. Можно забраться в спальники и спать, дожидаясь понедельника. Хуже, что заканчивалась еда. Но ещё хуже другое: Инне Олеговне нужно в понедельник быть на работе. Это было самое плохое! Самое-пресамое. Хотя напрямую бригады это не касалось.
За субботний вечер парни узнали всё об организации работ в аэрокосмогеологии… О своём руководстве… Много нового узнали о Славке. Нет ничего хуже разгневанной женщины! Юрка попытался объяснить, что предупреждал о возможной задержке, но Славка вовремя вывел его с линии огня. В конце концов все, раздражённые и злые, легли спать.
Наутро Юрка застал брата изучающим аэрофотоснимки:
— Далеко собрался? — сквозь зевок из спальника поинтересовался младший.
— Смотрю, как выбираться пешком. — Слава отложил в сторону один снимок и взял другой.
— Хорошая мысль. Особенно когда кругом сплошь озёра.
— Я проход нашёл. Смотри, — Славка ткнул в снимок пальцем. — Думаю, мы тут пройдём.
— «Мы» — это кто?
— Мы — это я и Инна.
— Ха! Ну ты даёшь! — Юрка выбрался из спальника и начал одеваться. — У неё даже болотников нет.
— Есть, — Славка посмотрел из-под очков на Юрку. — Я свои запасные прихватил.
Юрка натянул сапоги и поднялся.
— Ну да… Ящик со жратвой, значит, забыли, патроны… А болотники, значит… для Инны Олеговны…
В палатку вошла Инна:
— А дождь всё идёт и идёт, — она откинула капюшон и внимательно посмотрела сначала на Юрку, тот хмыкнул и отвернулся, потом на Славку. — Ты решил, как пойдём?
— Да! Через этот перешеек, — Славка показал снимок.
— Давайте, что ли, завтракать, а то связь скоро. Э! Алё! — Юрка похлопал по спальникам Влада и Эдика. — Подъём, окруженцы! Завтракать будем, однако…
Новость о том, что Славка с Инной отправляются пешком, никого не впечатлила. Эдуард было собрался с ними, но Славка цыкнул, и тот успокоился. После завтрака Юрка с Владом вышли на связь, но в воскресенье в партии никого не было: поэтому, сделав десяток вызовов и послушав хрип эфира, они отключили аппаратуру. Славка тем временем собрал вещи, и через час они с Инной ушли.
А ещё через полтора часа на посадочную площадку в болоте стал заходить Ми-8!
— Этот… откуда?! — Влад лихорадочно натягивал фуфайку, не попадая в рукава.
Вертолёт сел, из него выскочил мужик и большими скачками помчался к палатке.
— Чего стоим?! — орал на бегу Золевский, это был он. — Да-давайте быстро! Собирайся — другого до-до… понедельника не будет! С Салехарда борт завернул!
— Я не лечу! — пытаясь перекричать грохот двигателей орал Юрка. —
Не лечу я!
— По-почему?!
— По-потому! Славка с Инной ушли! Пройдут они? Я остаюсь! Ждать! На всякий случай! Здесь! — Юрка ткнул пальцем в землю.
— И я! — кивнул Влад.
— А я полечу! — вдруг сорвался за рюкзаком Эдик. — У меня ребёнок маленький… Нам в больницу надо… — объяснял он кому-то, суетясь возле палатки.
Через пять минут Золевский и Казаев улетели.
— В какую больницу ему надо? — переспросил Юрка у Влада, когда стих гул вертолёта.
— В детскую. Для детей… ля. Жены-то дома нет…
— Странный он какой-то… Ну? Что будем делать?
— Спать! Что ещё делать во время дождя?
Старшие Серовы не вернулись.
