В. С.: Я хотел бы, конечно, видеть лица ребят. Вот я вспомню Колмогорова – выдающегося математика последнего времени и вообще, наверное, всех столетий – я слушал его лекции и видел, как он их читал. Тогда был мел, доска и не было этих всех электронных приспособлений. И вот он читает, читает, ошибается, рукавом стирает формулу, пишет новую. Говорит очень неразборчиво, но мы сидели все так – это ж Колмогоров! – ловили каждый жест. И вот он выходил в конце из аудитории, отряхиваясь от мела, весь белый такой, и мы бежали к нему что-то спросить. Понимаете, вот этот контакт не заменишь.
В. Л.:
В. С.: Я даже боролся. Дело в том, что у нас была прекрасная система техникумов среднего профессионального образования и был союз директоров техникумов. А я возглавлял союз ректоров университетов. Мы очень много делали и собирались на большие собрания, чтобы отстоять раннее образование ребят по интересам. Тех, которые хотят что-то делать, быть технологами, мастерами. Но, к сожалению, был перегиб, на мой взгляд, и легкое поступление в университет, диплом университета…
В. Л.:
В. С.: И в так называемые. И это как-то возбудило общественное мнение, все рванули туда. И мы начали включать обратную скорость: из трех тысяч университетов осталось 800, шло сокращение, объединение. Ну и сейчас большая проблема поднятия уровня специального образования, техникумов. Одно решение за другим принимаются, и все регионы, все губернаторы стараются связать образовательную систему.
В. Л.:
В. С.: Ну, сейчас труднее, потому что есть общественное мнение, его надо повернуть.
В. Л.:
В. С.: В целом конкуренция – это позитивно.
Но я за честную конкуренцию. К сожалению, пусть мои коллеги услышат, очень часто применяются приемы, которые в зарубежных университетах, крупных, сильных, именитых, неприемлемы. Ну, когда какому-то профессору предлагают заведомо завышенный оклад, и он тайком или не тайком работает в двух-трех университетах. Это, конечно, идет в ущерб основному месту работы. Потому что есть договор работать на свой университет. Любить свой университет, а не вот так… Раньше это было невозможно.
В. Л.:
В. С.: Ресурсы и абитуриенты, потому что они связаны. Если абитуриентов много, и они идут по новейшим направлениям, это подается как успех; отсюда идут ресурсы, и университет как бы растет, расширяется. Еще раз хочу сказать, что, конечно, когда это добросовестная конкуренция. Но бывают случаи, когда абитуриентов лишь какими-то названиями привлекают. Это нечасто, но это есть.
В. Л.:
В. С.: На спрос на профессию, да, чтобы устроиться на работу потом гарантированно – это применяется. Я думаю, что мои коллеги не обидятся, но Московский университет это не применяет никогда.
В. Л.:
