– Зачем спускаться, если можно переплыть – и вот тебе, пожалуйста, другая страна.
– Посмотри, какой район, – разозлился Гном. – На карте одни горы. Как их тот же вертолет заберет?
– Лебедкой, – фыркнул Ром.
От разговора отвлекли окрики у машины. Они прильнули к щелям. Повстанцы, подгоняемые Валонго, забирались в кузов последней оставшейся в их распоряжении машины. Одновременно пешком по дороге выдвинулся небольшой отряд из семи человек. Наконец, двигатель, зачихав, завелся, и через минуту, оставив после себя клубы едкого синего дыма, автомобиль уехал.
Еще немного понаблюдав за погрузившейся в сумерки деревней, они отвернулись от стены.
– Нет, – покачал головой Гнатенко, – чует мое сердце, там их можно перехватить.
– Зачем? – спросил Романенко и удивленно посмотрел на товарища. – Или ты хочешь предложить Массамбе свой план в обмен на наше освобождение?
– Дурак, – вздохнул Гном. – Мы сами можем этих пленников заново отбить.
– Вдвоем? – удивился Гном. – И как? Надо еще отсюда выбраться.
– Не переживай, сбежим. – Гном покосился на дверь, за которой маячил часовой. – Главное – быстро добраться до реки и раздобыть лодку с мотором. А еще лучше – катер. Видел же, сколько их в этом месте ходит. Потом рвануть наперерез.
– Оружие нужно, – напомнил Ром.
Посчитав его ответ согласием с планом, Гном повеселел:
– Все достанем. – Он кашлянул в кулак и нагнулся к самому уху Рома: – Эти бараны у меня ствол с глушаком за поясом не нашли.
– Тогда живем, – повеселел Ром. – Сколько этим олухам придется идти от дороги до реки?
– Километров двадцать, – догадавшись, о чем спросил Ром, ответил Гнатенко. – С заложниками они за сутки не доберутся. Ко всему у них наверняка после стычек с «Ниндзя» тоже раненые есть.
– А не лучше ли нам рвануть вниз по реке до Заира? Тут даже на бревне доплыть можно.
– Успеешь в свой Заир, – усмехнулся Гном. – Подумай, мы теперь сами заложников на деньги можем обменять.
Чем больше темнело, тем тяжелее становилось дышать. Где-то вдалеке раздались раскаты грома. Скоро по крыше зашуршали капли дождя. Запахло озоном.
Дождавшись середины ночи, Гном подобрался к дверям и выглянул в щель. Накрывшись брезентовой накидкой, часовой замер как истукан с другой стороны. Гном осторожно достал пистолет и, просунув глушитель в достаточно широкую щель, навел его в затылок негра. Долго ждать не пришлось, всполох молнии – и он задержал дыхание. Последовавший через некоторое время раскат грома напрочь заглушил хлопок выстрела. Охранник упал замертво. Теперь надо было торопиться. Если в свете молнии патруль увидит лежащего на земле коллегу, они никогда не выйдут из джунглей.
Замка снаружи не было. Сделанную из подогнанных друг к другу палок дверь попросту подпирали небольшим бревнышком. Следующий раскат приглушил шум и треск. Навалившись плечом, Ром открыл дверь.
Убитого ровнехонько в затылок конголезца втащили внутрь хижины. Романенко забрал его автомат.
– Теперь нам нужно вернуть спутниковый телефон, – Гном посмотрел на едва различимый в темноте силуэт Рома.
– Так дойдем, – возразил тот.
– Нет, – категорически замотал головой Гнатенко, – без него мы не сможем говорить о выкупе. Да и вместо пистолета надо что-нибудь посерьезнее.
– Хорошо, – согласился с его доводами Ром. – Тогда придется мочить самого Массамбу.
– Валонго уехал. Трое полевых командиров, или, как у них там, вождей, еще раньше смылись, – принялся загибать на руке пальцы Гнатенко. – Кроме его телохранителя, в доме никого нет.
Они осторожно вышли наружу и обошли свою тюрьму вокруг. На входе в дом, где расположился главарь повстанцев, маячил еще один часовой.
– Черт, – прошептал Гном, озираясь.
У него появилась дерзкая мысль. Он вернулся к убитому негру, снял с него накидку и, брезгливо морщась, натянул ее на себя. От запаха парной крови слегка затошнило.
Вернувшись к Рому, толкнул его в бок:
– Если что, уходим сначала в сторону реки, чтобы их запутать, а потом резко поворачиваем на юг и возвращаемся с другой стороны деревни. Иначе найдут.
– Я тебя понял, – кивнул головой Ром. – Давай, я прикрою.
Поправив на голове нечто вроде капюшона и держа пистолет под полой, Гном направился прямиком к дому главаря.
Обернувшийся в последний момент на звук шагов часовой что-то спросил на своем языке. Нечленораздельно промычав ответ, Гном выстрелил ему в лицо и, не задерживаясь, прошел внутрь хижины.
