Очень тихий городок полностью

Погребной насмешливо кивнул головой, перевёл недобрый взгляд на широкие, спущенные штаны Геворка.

– А это мы скоро узнаем, – сказал он.

Дверь кабинета распахнулась, оттуда вышел Павло Горошевич. Оглядел всех сидящих вызывающим взглядом. Лицо возбуждённое, покрасневшее.

– Геворк Асланян! – раздалось из кабинета.

Геворк встал, направился к двери. По дороге якобы случайно (на самом деле точно рассчитанным движением) толкнул Горошевича. Тот немедленно развернулся, открыл рот.

Но сказать, однако, ничего не успел, поскольку в эту самую секунду в приёмную влетел запыхавшийся Ромка Заблудший.

– Следователь здесь? – тяжело дыша, спросил он.

Секретарша Леночка открыла было рот, но ничего не сказала, только кивнула на открытую дверь.

– Мне срочно надо… – виновато пробормотал Ромка и мгновенно исчез в кабинете.

Геворк Асланян озадаченно уставился на плотно захлопнувшуюся перед самым его носом дверь. Растерянно оглянулся, уткнулся взглядом в возмущённого по-прежнему Павло.

– Ну чего вы встали как бараны? – властно вмешался в ситуацию Эдуард Николаевич. – Горошевич, он с тобой уже закончил?

– Да, – коротко ответил Павло.

– Тогда иди в класс! – распорядился директор. – А ты, Асланян, садись, жди, пока тебя опять вызовут.

Геворк подчинился, сел на место.

Горошевич ушёл.

Леночка в своём углу поправила очки и ещё больше напрягла слух.

Если бы можно было хоть чуточку услышать, о чём сейчас говорит этому молодому следователю Заблудший!

Ромка сидел напротив Артёма, всё ещё тяжело дышал, вытирал пот грязным платком.

– С чего ты это взял? – спросил Артем.

– Так Танька ж Родина видела, как она это делала, – горячо заговорил Ромка. – Я вам говорю, это Алина его пришила, верняк, даже не сомневайтесь. Депан у неё.

– Чего-о? – не понял Артём. – Это что значит?

– Ну в смысле депресняк. Словечко такое. Типа, колбасится она. Вот и замочила его.

Артём подвинул к себе блокнот, взял ручку:

– Ты-то как об этом узнал? Тебе Таня рассказала?

– Да нет же. – Ромка досадливо повёл головой. Следователь был проблемный, тормозил, сразу не догонял. – Я ж объясняю, – нетерпеливо произнёс он. – Она всё Сане Колоскову рассказала, а он – мне.

Время в приёмной тянулось чертовски медленно. Секретарше Леночке, регулярно поглядывающей на часы, казалось, что оно просто окончательно застыло на месте.

– Будьте на всякий случай готовы, Андрей Степанович! – тихо прошептал Погребной на ухо Лаптеву. – Может быть, вам придётся взять класс Седы Магометовны.

– Понимаю, – со значением отвечал Лаптев. Хотя на самом деле ничего не понял. Костоева вроде бы не болела и никуда уезжать не собиралась, речи об этом ни разу не было. Но задавать вопросы воздержался. Лишние часы ему только на руку, к тому же за классное руководство шла дополнительная оплата. – Разумеется, Эдуард Николаевич. Проблем нету. Вы можете спокойно на меня положиться. Вы же знаете, я вас не подведу…

Он хотел сказать что-то ещё в этом духе, но осёкся. Дверь кабинета открылась, оттуда с важным видом вышел Ромка Заблудший.

Вслед ему тут же высунулся озабоченный Артём.

– Эдуард Николаевич, – обратился он к директору. – Я бы хотел немедленно поговорить с Колосковым и Родиной. Разыщите их, пожалуйста.

Погребной с трудом подавил раздражение. Этот юнец смеет отдавать ему приказания.

– Сколько это ещё всё займёт? – строго спросил он. – Мне нужно вернуться в свой кабинет.

Артём лучезарно улыбнулся:

– Надеюсь, недолго. Ещё раз извините за причинённое беспокойство. Я вам сразу дам знать, как только закончу.

И он снова скрылся в кабинете, аккуратно закрыл за собой дверь.

Погребной проводил его бешеным взглядом.

Наглая московская рожа!

– Эдуард Николаевич! – пискнула из своего угла Леночка.

Директор обернулся:

– Что вы сидите? Вы же слышали!

– Дело в том, что Родина сегодня отсутствует в школе, – робко доложила секретарша. – Причины неизвестны.

Причина отсутствия Тани Родиной на самом деле была только одна – страх. Причём Таня не могла бы внятно сформулировать, чего именно она боялась. Она только знала, что ей очень страшно выходить на улицу, а тем более показаться в школе, поэтому единственным выходом для неё оставалось сидеть дома и не высовываться.

Таня бесцельно слонялась по комнате, периодически подходила к окну, осторожно поглядывала в щёлочку между закрытыми занавесками.

Ничего особенно интересного она там не видела. На улице шла обычная жизнь – проезжали машины, шли прохожие. Через дорогу, в окне «Котлетной», Таня видела мать своего нового одноклассника Рудика Новикова. Судя по всему, она жарила котлеты.

Дверь «Котлетной» открылась, вошёл посетитель, маленький, лысоватый человек, стал что-то говорить Новиковой. Скорей всего, попросил завернуть ему несколько котлет. По крайней мере, Новикова именно это и стала делать.

Таня с тоскливым интересом наблюдала за ней.

Так, обыкновенные дела.

Мутки, как сказали бы в школе.

Неожиданно раздавшийся телефонный звонок заставил её вздрогнуть.