На следующий день, как и было договорено, в десять часов утра Кфир и Эйтан были в приемной мэра города. Через несколько минут их пригласили в кабинет. Их внимание, однако, вызвало присутствие еще одного человека. Впрочем, все вопросы рассеялись, когда мэр его представил как губернатора области. Все стало на свои места. Губернатору и хотелось, и кололось. Он не знал, можно и нужно ли ему встречаться с израильским дипломатом на уровне посла. Он решил встретиться с дипломатом, но «случайно». Естественно, что эта «случайность» была хорошо подготовлена местными владыками. Что еще можно сказать об этой не совсем понятной встрече, продолжавшейся около часа? В старых добрых традициях можно добавить, что «встреча прошла в теплой, дружественной обстановке». В последующие дни они посетили все достопримечательности города, включая те, которые имеют прямое отношение к закладке фундамента современного Израиля. Другими словами, кроме всего остального, они побывали у домов Дизенгофа[27] и Жаботинского[28], а также у знаменитого балкончика Пинскера[29] на улице Нечипоренко, с которого автор «Автоэмансипации» благословлял первых поселенцев «БИЛУ»[30], отплывших в конце 19-го века в Палестину на корабле «Руслан».
Естественно, Эйтан побывал в Израильском центре, встречался с членами общины и ее правлением, посетил различные кружки, в том числе курсы иврита.
Программа визита временного поверенного оказалась насыщенной, и он уехал весьма удовлетворенным.
Работа в центре постоянно росла, и он становился популярен не только среди еврейского населения города. На курсы иврита была очередь. Компьютерный класс работал практически без перерыва. В центр обращались директора библиотек с просьбой о книгах. К Кфиру стали приходить местные политики. Побывать в его кабинете «на кофе» считалось честью.
Как-то вечером, перед уходом сотрудников, к нему заскочил Боря. К тому времени они уже были добрыми приятелями. Кфир не раз бывал у них дома, отдавая дань уважения кулинарным способностям Люси, а Борис время от времени заезжал в центр поделиться новостями.
В этот раз по виду Бори Кфир понял, что ему не терпится поговорить. Он терпеливо ждал в прокуренном кабинете, пока не разошлись все вечерние посетители, и предложил подвезти домой.
– Что у тебя Боря, говори здесь. Домой я пойду пешком. Надо подышать, – сказал Кфир.
– Домой пешком! В это время? – удивился Борис. – Ну, ты даешь! – сказал он, покачав головой.
– Ладно, проводи меня до машины, – и он показал глазами на потолок. Это означало, что предстоял конфиденциальный разговор.
Сдав ключи от центра вахтеру, они вышли во двор.
– Нам предлагают кредит в рублях на год. Триста миллионов, может больше. Не знаем, что делать. Как ты думаешь? – спросил Борис.
– А какие проценты? – спросил Кфир.
– Девяносто годовых, – ответил Боря.
Кфир понимал, что местные еще не осознают в полной мере понятия инфляция, все ее сложности, а также те ее аспекты, которые можно выгодно использовать.
– Я не знаю, как выглядит ваш баланс. Каковы его краткосрочные и долгосрочные обязательства, однако, звучит очень заманчиво. Конечно, не ясен и политический фактор. Что будет завтра и что за это будет? – сказал Кфир многозначительно. – Кроме того, никто не знает, каков истинный уровень инфляции, хотя я уверен, что он значительно выше девяноста процентов. – Борис внимательно слушал.
– Я думаю, возьмите двести и сразу же обратите их в доллары, – продолжал Кфир, как бы рассуждая вслух.
– Давай-ка я все же тебя подвезу, – сказал Борис с облегчением в голосе и улыбнулся. По-видимому, он услышал то, что хотел.
Вскоре после описанного вечера Кфиру сообщили, что какая-то важная персона в ближайшее время будет в Приднестровье в сопровождении сотрудника московского посольства. Бен-Гаю было поручено провести экскурсию «по местам боевой славы», а также организовать встречу с представителями местной общины.
В назначенный день за Кфиром приехала «Волга», предварительно заказанная в «Интуристе». Была серая, ветреная погода. У Кфира страшно болела голова, но выхода не было, нужно было ехать.
Они вовремя подъехали к назначенному перекрестку дорог недалеко от Бендер, где их уже ожидал минибус, в который Кфир пересел, сказав шоферу следовать за нами. «Это Кфир», – представил его коллега из посольства небольшому коренастому человеку в тесноватой дубленке. «Генерал Шор», – продолжил коллега, представляя незнакомца Кфиру. Они пожали руки.
Теперь стало ясно, кто эта важная особа. Имя генерала, в прошлом временно исполняющего обязанности начальника генерального штаба, а затем и другие важные посты, нередко упоминалось в новостях и мелькало в газетах. Внешний вид этого человека не производил приятного впечатления. Скорее наоборот. Он не был приветлив, почти не разговаривал, а в основном, с каким-то раздраженным видом смотрел в сторону.