Тогда все были очень довольны, что выдумали такой хитрый телеграф. Говорил по нему только король. Передавались приказы и другие казенные телеграммы.
А уж ночью — ни-ни! Сиди и жди рассвета — будь ты хоть трижды король. Или вот случай: послали, например, телеграмму из Парижа в ясный день, и не дошла: по пути туман. И застряла телеграмма в дороге. Пока туман прошел, гляди, уж вечер.
Нет, ненадежный был телеграф!
Но вот когда люди овладели электричеством, сразу пошло дело иначе. Тут уж такая быстрота, что никакая пуля не обгонит. Электричество летит по проволоке так, что в секунду десять раз вокруг света может обежать.
Теперь всякий школьник знает про радио, школьники ставят у себя приемники и слушают, что за тридевять земель говорит кто-нибудь. Да и говорит обыкновенным голосом. Никто даже не удивляется, а еще сердятся, если слабо слышно.
А ведь это, действительно, невероятное дело.
Сидят два человека в разных частях света, ничем не связаны — ни проволокой, ни веревочкой — и говорят между собой, как будто они рядом за одним столом сидят.
Так, может быть, как-нибудь по земле, сквозь почву несется телеграмма? На земле же оба телеграфиста. Может быть, земля им служит вместо проволоки?
Опять не то: ведь телеграфируют же люди в море с корабля на корабль? Может быть, тогда… и по воде бежит электричество?
А как же с аэроплана на аэроплан подают телеграмму? Тут уж ни земли, ни воды! По воздуху! Воздух несет телеграмму! Конечно!
И совсем не конечно: поставьте радиоприемник в банку и выкачайте из этой банки весь воздух — приемник будет работать как ни в чем не бывало. И верно: удивительная штука радио. Как же это без проволоки и даже без ничего?
А знаете, есть такой датский анекдот.
Едут два крестьянина на возу по дороге. Один поглядел на телеграфные столбы и говорит:
— Действительно, не понять: как это они без проволоки могут!
Потом помотал головой и сказал:
— Да, признаться, я и того не пойму, как они и с проволокой-то ухитряются.
Забыл, бедняга, вовремя удивиться. Пока собирался, уже выдумали без проволоки телеграфировать.
И верно: раньше чем удивляться радио, не грех было бы узнать, как работает самый обыкновенный телеграф с проволокой. Тем более что дело совсем не такое хитрое.
Ведь простой электрический звонок может служить телеграфом. Да и служит даже. Вот хотя бы: нажмут с улицы кнопку — в доме уже получена телеграмма: «Отворяйте!»
А ведь бывает, что в квартире пятеро жильцов, а звонок один.
— Звонят!
Кому идти отворять? Один думает:
«Очень надо. Кому-то там звонят, а я иди отпирай!»
И всякий думает:
«Пусть отпирает кому надо, я им не швейцар!»
Выходит, что так и не откроют?
Нет! Тогда делают так: пишут на дверях записку.
Один раз звонить — к Ивановым.
Два раза — к Сергеевым.
Три — к Мисенко.
Четыре — к Левинтовой.
Позвонят два раза. Все уже в квартире знают:
— Сергеевы! Отворяйте, к вам пришли!
А можно так уговориться, чтоб целые слова передавать звонком. Целую азбуку выдумать.
Ее и выдумали. Вот, например, так: дать короткий звонок, а потом длинный. И уговориться, что это будет значить «А».
«Дрык! Др-р-р-ры!» — вот и «А».
Букву «К» обозначают так: длинный, короткий и снова длинный.
«Ш» — четыре длинных один за другим.
Вот уже можно сказать слово «каша».
Длинный, короткий, длинный — «К». Переждать чуточку. Потом: короткий и длинный — «А». Потом четыре длинных — «Ш». И снова дать «А». Вот и готово. Кто знает телеграфную азбуку, поймет: «каша». Так что если из города в город провести проволоки, то можно разговаривать электрическим звонком. Для каждой буквы выдуман свой сигнал. Надо только хорошо вытвердить эту телеграфную азбуку. Она называется азбукой Морзе по фамилии изобретателя проволочного телеграфа.
По этой азбуке Морзе удобно переговариваться ночью фонарем. Возьмите такой фонарь, чтобы он светил только в одну сторону. С этой стороны прикройте его — ну хотя бы книгой. Хочется вам передать букву «К». Откройте фонарь на секунду, потом на один миг и опять на секунду. Кто будет следить за вашими сигналами, увидит: долгий свет, короткий и снова долгий — и по азбуке Морзе поймет, что это «К». Так переговариваются ночью суда в море.
На верхушке мачты ставят электрическую лампочку, а провода спускают на палубу. Кнопкой зажигают и гасят лампочку. Она светит то долгими, то короткими вспышками и передает буквы по азбуке Морзе.
Но вот представьте себе, что вы слушаете, как звонит звонок, и понимаете каждую букву. Выходят слова. Идет что-нибудь длинное-длинное.
Ведь это пока до конца дослушаешь, забудешь, что в начале было. Записывать?
Конечно, записывать. Но очень неудобно и прислушиваться и записывать. Дослушал слово — и пиши скорее. А пока пишешь, тут уж другое слово идет, как раз и проморгаешь.
Можно, конечно, так: записывать азбукой Морзе. Дали долгий звонок — ставь на бумаге долгую черту. Дали короткий — ставь за ней следом точку. Так и вали: точки, черточки, промежутки, все в ряд, дальше и дальше.
