Как и предсказывали аналитики советской разведки, доклад лег в основу многих шагов американского руководства. В конце января 1960 года было опубликовано специальное заявление президента Д. Эйзенхауэра о кубино-американских отношениях, в котором Революционное правительство обвинялось в «нарушении прав американских граждан». В нем содержались настоятельные призывы к Кубе «воздержаться от расширения связей с Советским Союзом», сопровождавшиеся угрозами.
Затем в июле президент пообещал предоставить латиноамериканским странам 500 млн долларов в виде займов на экономическое развитие региона. Естественно, Куба была исключена из плана «помощи». Интересно, что оценки этих шагов, содержавшиеся в аналитических справках МВД Кубы и советской внешней разведки, совпали с заключением хорошо осведомленных американских экспертов. В частности, в номере журнала «Ю.С. ньюс энд Уорлд рипорт» от 25 июля 1960 года отмечалось, что «правительство США разрабатывает планы укрепления своих латиноамериканских соседей с целью прекратить дальнейшее распространение коммунизма в Западном полушарии».
Среди кадровых сотрудников советской разведки в тот период было достаточно широко распространено мнение, что мероприятия Кубы скорее всего не носили бы столь острой антиамериканской направленности, действуй США более реалистично, дипломатично и, если хотите, умнее. Но на лобовые наскоки и откровенный шантаж необходимо было отвечать. Вот перечень некоторых антикубинских акций американцев за неполный 1960 год.
В мае американские нефтяные монополии («Эссо стандарт ойл», «Тексако ойл») и английская «Бритиш датч шелл» прекратили ввоз нефти на Кубу. Кроме того, в ответ на готовность Советского Союза восполнить потребности Кубы в нефти руководители этих компаний дали указание своим нефтеперегонным заводам не перерабатывать нефть, поступающую из СССР.
6 июля американская администрация заявила о сокращении квоты на ввоз кубинского сахара в США на 700 тыс. тонн, что наносило кубинской экономике ущерб почти в 100 млн долларов.
9 июля опубликовано заявление Эйзенхауэра, в котором антикубинские действия по существу возводились в ранг основного направления латиноамериканской политики США. В нем подчеркивалось, что «Соединенные Штаты никогда не допустят установления в Западном полушарии режима, находящегося под господством международного коммунизма».
Чтобы сократить поступление конвертируемой валюты на Кубу, государственный департамент принял решение об ограничении туристических поездок граждан США в эту страну. Для Кубы, получавшей значительные валютные средства от туризма, это оборачивалось очередными тяжелыми испытаниями.
С середины 1960 года в Соединенных Штатах и странах Латинской Америки американские средства массовой информации развернули беспрецедентную антикубинскую кампанию.
Примерно в это же время Центральное разведывательное управление США с санкции Эйзенхауэра приступило к организации и финансированию вооруженной интервенции контрреволюционных эмигрантов на Кубу. Еще весной 1960 года советская разведка получила данные о том, что 17 марта президент отдал секретное распоряжение об оказании военной помощи кубинским эмигрантам для осуществления на кубинской территории диверсионных акций. Во Флориде (США), Гватемале и Никарагуа были созданы военно-учебные пункты и базы для подготовки кубинских эмигрантов к вторжению на остров.
В августе 1960 года кубинским органам госбезопасности стало известно от надежных агентурных источников о том, что Соединенные Штаты приступили к осуществлению тайной долговременной акции по уничтожению экономических ресурсов Кубы. Так, в результате многочисленных воздушных налетов, осуществлявшихся с территории США, были подожжены плантации, дававшие урожай около 350 тыс. тонн сахарного тростника.
3 сентября правительство США запретило вывоз на Кубу автомашин и запасных частей к ним. Для страны, где подавляющая часть автотранспорта состояла из машин американского производства, это было равносильно крупномасштабной экономической диверсии.
16 сентября госдепартамент обратился к союзникам США по НАТО с циркулярной нотой, в которой содержалась настоятельная просьба сократить закупки кубинского сахара и таким образом противодействовать «инфильтрации международного коммунизма в Западное полушарие»[35].