Очерки и заметки, составившие эту книгу, объединены жизненным и профессиональным опытом автора – океанолога по специальности и географа по склонностям. Его научная автобиография, написанная в форме «комментария к списку научных трудов», и оценки (часто полемически заостренные) положения дел в современной науке адресованы прежде всего коллегам, работающим в разных областях естествознания. Путевые очерки, написанные «в стол» еще в 80-е годы прошлого столетия и дополненные современными комментариями, дают представление о внутреннем и зарубежном организованном туризме советских времен. Они могут быть интересны широкому кругу читателей, так же как и дополняющие сборник подборки заметок и цитат на разные темы.
При обширном запасе моей мудрости кажется обидным не использовать его целиком.
Озаботившись проблемой, о которой сказано выше, я решил, что настало время собрать свои достижения в итоговой книге. Для автора, который (согласно трудовой книжке) не занимался в своей жизни ничем, кроме науки и научного администрирования, естественно составить сборник своих научных работ. Мне это сделать легче, чем некоторым другим, поскольку то немногое, что можно было считать оригинальными результатами или идеями, я старался опубликовать в индивидуальном авторстве. Из научных публикаций и некоторых неформальных дополнений собрался небольшой однотомник, который я на всякий случай сохраняю в личном архиве.
Вскоре стало понятно, что нет смысла повторно навязывать читателю работы, которые не привлекли внимания после их выхода, даже если автор считает это несправедливым. Теперь мне показалось более уместным написать что-то вроде научной автобиографии на основе списка своих публикаций (его так или иначе постоянно приходится держать под рукой, обновлять, сдавать в разные инстанции). Некоторые работы могут быть интересны не столько содержанием, сколько обстоятельствами своего появления. И в любом случае полезно знать современный взгляд автора на его прошлые результаты, если они вообще заслуживают внимания. В итоге получился первый раздел сборника – «Комментарий к списку научных трудов».
Все последующие разделы можно считать своего рода литературно-мемуарным наследием. Как мне кажется, даже успешные ученые, не обделённые журнальными и книжными публикациями, все-таки завидуют литераторам и журналистам с их выходом на массового читателя (по крайней мере до тех пор, пока Интернет окончательно не приведет всех к общему знаменателю). Помню, как был доволен признанный лидер вероятностных методов в океанологии В. А. Рожков, когда в «Вечернем Ленинграде» напечатали его заметку о плохом обслуживании посетителей в кафе «Золотое руно» на Кировском проспекте. К выходу своих научных трудов он относился спокойнее.
Другое воспоминание на эту тему тоже относится к моим аспирантским годам в Ленинградском отделении Государственного океанографического института. В то время там работал инженером лаборатории аэрометодов начинающий поэт Олег Левитан. При мне его стихи появлялись в институтской стенгазете, позже его подборки публиковались в ленинградских журналах и даже, кажется, в «Новом мире», за этим последовало появление сборников в книжных магазинах. Когда я всё это видел, было ощущение, что и я как бы расту вместе с ним. Вот только спустя много лет его припечатал самый ядовитый из современных российских критиков: «Унылые графоманы из бюро секции поэзии – какой-то Ботвинник, какой-то Фоняков, какой-то, прости Господи, Левитан – “анализировали” на вступительных вечерах творчество Виктора Кривулина и Олега Охапкина, Елены Шварц и Елены Игнатовой, Геннадия Григорьева и Николая Голя, решая, кого в свой цех брать, а кого не брать» (
Понятия не имею, справедливо ли это суждение. Здесь важно то, что существование в науке намного комфортнее – можно за всю жизнь не дождаться подобной оценки (по крайней мере в печати). Но это не избавляет от соблазна попробовать себя в литературных упражнениях. Самый очевидный вариант – мемуары, они всегда заслуживают внимания, если искренни, независимо от личности и одаренности автора. Но такого замысла у меня нет. Собственная биография была небогата событиями, и если сам я вспоминаю ее без особого интереса, что тогда говорить о читателе. Восстанавливать семейную историю и образы людей, с которыми был знаком долгое время, – слишком большая ответственность, с полной откровенностью это не получится, а умолчания дискредитируют самого автора. Другое дело – своего рода мемуарные фрагменты, относящиеся к определенному отрезку жизни или выделенной сюжетной линии. В этом случае автор заведомо односторонен, люди ему открылись только отдельными своими чертами, и обижаться на него не за что, если фактическая сторона изложена верно.
Из этих соображений я включил в сборник статью «Мурманский филиал ААНИИ (уроки короткой истории)», опубликованную в научном журнале, но интересную именно в качестве мемуарного очерка, и еще один опыт в этом жанре, «Важное о девушках», вряд ли перспективный для публикации, хотя соображения о науке и образовании там вполне серьезные. То же самое можно сказать о «Мыслях и заметках о науке». Здесь диссидентские идеи автора перемежаются с пустяками и курьезами (к этой категории можно отнести также эпизод «Из истории…» и фрагмент «Религиозно-философский этюд», вынесенные в отдельные подразделы).
