— Не думаю, — отозвался Лукьен. — Уверен, они просто проводят учение. Я сказал, что неплохо бы им освоить склоны. Это наша первая линия защиты, — он снова взглянул на Даррена и прокричал: — Где барон, Даррен? Мне нужно поговорить с ним.
— Барон Гласс на воротах, — ответил тот. — Мы все ждем вас.
Лукьен благодарно помахал ему и велел Призраку двигаться дальше. Альбинос направил крила к Гримхольду. Гилвин ехал рядом и улыбался Лукьену.
— Неплохую армию ты подготовил, — сказал он.
Лукьен не мог удержаться от гордости.
— Сильны ребята, ничего не скажешь, — он жаждал отыскать Торина и рассказать, что произошло в Джадоре, но Миникин, небось, уже все знает. Он засмеялся: — Здорово они выглядят там, наверху, а?
— Точно, — поддержал Призрак. — Видишь, лиириец? Ты не единственный, кто умеет сражаться!
Через несколько минут показался Гримхольд. Огромные стальные ворота были открыты, и великан Грейгор — был на посту, как обычно. Возле ворот толпились десятки мужчин и женщин — новобранцев армии Нечеловеков. Все были вооружены мечами, копьями и луками из оружейных Акари. Среди них находился и барон Гласс, который громко объяснял важность внезапного натиска и хитрости. Его внимательно слушали, образовав полукруг. Сейчас барон рассказывал, как ему удалось завоевать себе желанную свободу. Все были так увлечены, что никто не заметил приближения Лукьена.
— Всем стоять! — крикнул Лукьен. Он слез с крила и приблизился к ним с широкой улыбкой на лице. — Что, я уже никому и не нужен?
Гласс и Нечеловеки обернулись и вдруг разразились криками радости. Гилвин и Призрак подошли ближе, получив такой же теплый прием. Торин поспешил к ним, и потрепал Лукьена по плечу.
— Ах ты, чертов ублюдок, как я рад тебя видеть!
Лукьен рассмеялся:
— Что я вижу? Вы тут создали регулярную армию?
Жители Гримхольда подхватили его смех, радуясь возвращению Лукьена.
— Гилвин! — послышался голос вдалеке.
Лукьен и Гилвин повернулись и увидели Белоглазку. Она стояла за воротами, и выражение ее лица было счастливым и несчастным одновременно. Конечно, она волновалась из-за парня, и теперь по лицу ее текли слезы счастья.
— Белоглазка! — бросив все, Гилвин поспешил к девушке. На глазах у всех Нечеловеков они обнялись и начали целоваться под громкие аплодисменты.
— Вижу, мальчики благополучно доставили тебя назад, — язвительно промолвил Торин. — О чем ты только думал, дурень?
Улыбка Лукьена стала печальной.
— Торин, Акила мертв.
— Знаю. Миникин видела.
Этот комментарий удивил Лукьена.
— Уже видела? О боги, от этой женщины ничто не остается в тайне. Она сказала, что это Трагер убил его?
— Сказала, — Торин притянул Лукьена поближе и по-отечески обнял. — Мне так жаль, Лукьен. Я знаю, что для тебя значил Акила.
— Я думал, что смогу изменить его, Торин. Понимаешь, мне было необходимо увидеть его всего один раз. И он изменился. Я видел это.
Торин искоса взглянул на него:
— Что ты имеешь в виду?
— Он освободил нас, Торин. Вот почему Трагер убил его. Я попытался доставить его в Гримхольд, чтобы надеть на него амулет и спасти его. Но не доставил.
— Ты пытался. И это важно.
— Я был близок к этому. Нужно было лишь немного времени, — тут он улыбнулся. — Но если бы ты видел его, Торин. В последний момент он был совсем как тот, прежний Акила.
Хотя Торин никогда не видел пользы в Акиле, он все же был рад за Лукьена. Он положил руку на плечо рыцарю.
— Я рад. Но есть и еще новости, Лукьен. Трагер жив.
Призрак и Лукьен замерли, услышав это сообщение.
— Что? — наконец, вымолвил призрак. — Вы уверены?
— Миникин видела его, как и смерть Акилы. Он еще жив и собирается в Гримхольд.
Эта новость потрясла Лукьена; он сжал руки в кулаки.
— Он жив из-за меня!
— Нет, Лукьен, неправда, — отозвался призрак. — Это я должен был убить его и не справился.
— Мне следовало вернуться и прикончить его!
Призрак покачал головой.
— У нас не было времени. Ты ведь спасал Акилу.
Но Лукьен никак не мог успокоиться.
— Его я тоже не спас.
— Миникин говорит, Трагер отправится в путь как только оправится от раны, — вмешался Торин. — У нас есть неделя или чуть больше, — он усмехнулся, взглянув на Призрака. — Тебе есть чем гордиться, мальчик. Ты был близок к тому, чтобы уничтожить мерзавца.
— Хотел бы я, чтобы мне это удалось…
— Ну, на это еще есть время. Пойдемте внутрь. Отдохните.
Призрак извинился и сказал, что покинет их. Лукьен смотрел, как тот уходит.
— Парень слишком строг к себе, — произнес он, когда Призрак отошел на порядочное расстояние. — Ведь не его вина, что Трагер остался жить. Не его, а моя. Из-за меня нам приходится ждать нападения. О Небо, что я за глупец!
— Ты пытался спасти Акилу, Лукьен, — сказал Торин. — Поэтому тебя, скорее, можно назвать героем, а не глупцом. И сейчас уже ничего не поделаешь. Так пусть Трагер приходит и атакует. Мы достойно встретим его.
Лукьен огляделся. Удивительно, что в столь ранний час Нечеловеки уже собрались здесь.
— А что происходит? — спросил он. — Строевая подготовка, так рано?
— Времени, на самом деле, не так уж много, Лукьен. Я обучаю тому, как напасть на гвардейцев, когда они пойдут через каньон.