И Лукьен внезапно понял, что это правда. Власть Акилы над Кассандрой была безграничной. Медленно, с сожалением он повернулся к дверям. Уходя, он слышал за спиной голос Акилы, долгое время звеневший в ушах:
— Прощай, Бронзовый Рыцарь!
Акила подождал темноты, прежде чем отправиться к Кассандре. Была почти полночь, весь Лайонкип спал — за исключением часовых. Крыло замка, занимаемое королем вместе с женой, пустовало. Акила выдал строгие инструкции Джансиз и остальным служанкам не беспокоить. Ему сказали, что Кассандра спит. Он хотел разбудить ее при помощи амулета. Однако проклятие, наложенное на амулет, требовало соблюдения ряда условий, и Акила хотел исполнить их неукоснительно. Могут ведь пройти годы, прежде чем обнаружат второе Око Бога, и он сможет снова посмотреть на любимую. Но сегодня ночью он спасет ее.
Он прошел через пустой холл, освещая путь свечой. На всех окнах висели занавеси, факелы погасили по его приказу. Лишь слабый огонек свечи мерцал во мгле. Акила держал под плащом амулет. Он чувствовал его тепло и силу, но не собирался надевать. Если в нем, и вправду, магия, то ни к чему тратить ее на себя. В конце холла он увидел опочивальню, ставшую ныне местом заточения больной. Дверь закрыта, но не заперта. Он медленно повернул ручку, стараясь не издать ни звука. Кассандра лежала в постели. Лунный свет озарял изможденное лицо. Акила вошел в комнату и закрыл дверь. Она слабо щелкнула, но не разбудила спящую. Стараясь не погасить пламя, Акила подошел к окну и одну за другой задвинул шторы, дабы ни один лучик не проникал в помещение. Свеча мерцала, бросая тени на стену. Он подошел к кровати и посмотрел на Кассандру. Она не шевелилась. Грудь лишь слегка приподнималась при дыхании. Королева страшно исхудала и напоминала живой скелет. Но для Акилы она по-прежнему оставалась прекрасной. Он смотрел на жену, восхищаясь темными, как вороново крыло, волосами и пересохшими бледными губами. Скоро она опять будет здоровой, как прежде. Акила улыбнулся. Он нагнулся и погладил ее по щеке.
— Любовь моя, проснись, — промурлыкал он.
Кассандра пошевелилась, но ничего не ответила.
— Кассандра, это я, Акила, — он нежно провел пальцами по ее плечу. — Проснись.
На этот раз глаза Кассандры неохотно открылись, взгляд с трудом сфокусировался.
— Акила? Что… — она заворочалась, свет попал ей в глаза.
— Не бойся, Кассандра. Теперь все будет хорошо.
Кассандра тщетно пыталась сесть.
— Что-то случилось?
— Не надо, не садись. Просто послушай. Теперь ты выздоровеешь. Они нашли амулет, Кассандра.
Кассандра вздохнула. Неудивительно, что первым ее словом было:
— Лукьен?
— Да, — сухо отвечал Акила. — Лукьен нашел его. — Он полез под плащ и вытащил амулет на золотой цепочке. Глаза Кассандры расширились от изумления. Драгоценная сердцевина амулета пульсировала, бросая вокруг алые отсветы. — Он действует, Кассандра. Так сказал Лукьен. Это спасет тебя.
— О, благодарю Судьбу, — простонала Кассандра. Она протянула руку, но Акила остановил ее. — Нет, еще не сейчас.
— Почему нет?
Акила не отвечал. Он не решался сказать ей о проклятье.
— Здесь лишь один амулет, Кассандра, — произнес он. — Они должны найти второй.
— Но он ведь действует, да? Он спасет меня?
— Спасет. Но ты будешь одна пользоваться этой магией. Я не смогу присоединиться к тебе, пока не обнаружат второе Око Бога. А я буду искать, пусть это займет целую вечность.
— Акила, заклинаю тебя, дай мне амулет, — молила Кассандра.
Акила улыбнулся.
— Теперь ты никогда не умрешь. Ты снова будешь сильной, молодой и вечно прекрасной.
И снова она потянулась к амулету.
— Пожалуйста…
— Да. Хорошо. Я дам его тебе. Но сначала…
Он задул свечу. В комнате стало темно, он больше не мог ее видеть. Кассандра подскочила.
— Зачем ты сделал это? Я ничего не вижу.
— Я тоже, любовь моя. А теперь — тише.
— Но свет…
— Шшш…
Акила расстегнул цепочку, чтобы она прошла через голову Кассандры. Почувствовав под рукой ее мягкие волосы, он закрыл глаза и надел амулет ей на шею. Потом быстро отвернулся к двери. Кассандра ничего не сказала. Акила дрожал от возбуждения.
— Ну? Что ты чувствуешь?
Наступила тишина, прерываемая хриплым дыханием. Акила не решался обернуться.
— Кассандра, ты в порядке?
— Я… Я чувствую жар, — прошептала она.
— Что происходит?
Кассандра вскрикнула, но то был крик радости.
— Он действует! Я чувствую это, Акила!
Акила хотел посмотреть на нее, раздвинуть шторы и впустить в комнату лунный свет, но не осмеливался из-за проклятья. Он действует!
— Что еще? — требовал он. — Расскажи мне, пожалуйста.
— Акила, я свободна, — голос Кассандры лился, словно волшебный ручеек. — Я ничего не чувствую. Боли нет.
— Боли нет, — вздохнул Акила. Он едва верил тому, что слышал. — Это чудо…
Кассандра рассмеялась.
— Посмотри на меня, Акила!
— Чудо, — пробормотал Акила. Он не оборачивался.
— Акила, зажги свет. Посмотри на меня!
— Нет. Оставайся в постели, Кассандра. Не двигайся.
— Что? Почему?
— Просто не двигайся, — велел Акила. — Я должен сказать тебе кое-что.
