Фёдор повторил, покрутил гранату в руках, показал — Семчук кивнул, остался доволен. Аккуратно положив гранату туда, откуда взял, откинулся на сидушке.
— Ну, значит всё тогда. Обкатать бы вам его… — подумав, изрёк Семчук. — Кто мехводом-то будет?
— Да вон Ванька. — ответил Срамнов. — Вань! Ты там как? Разобрался?
— Так-то понятно вроде… Схемы вон везде. — поднял голову и повернулся к ним Калина. А так наворочено — чёрт ногу сломит. Это вот чё, Дэн? — ткнул пальцем Ваня в блок переключателей под левым локтём.
— Это-то? Подкачка. — переползая поближе, ответил Семчук.
— А это чё за херня такая? — показал он на странный прибор правее приборки.
— На это забей. Рентгеномер. Он те на фиг не нужен. — отмахнулся Денис. — Ты заводи давай. Вон тумблер. И про сцепление — помнишь?
— Ага!
— Ну, вперёд.
Провернув пару раз коленвал, двигатель с рёвом завёлся, мигом наполнив ангар чёрным, едким выхлопом. Звукоизоляции в бронетранспортёре явно предусмотрено не было, и дальнейшие разговоры тут же стали бессмысленными. Дёрнувшись, БТР выехал из ангара. Семчук, матерясь, перебрался на правое сидение и, крича Ивану в ухо, что-то объяснял ему по ходу движения. Что конкретно — Фёдор уже не слышал. Набирая скорость, боевая машина выскочила на взлётно-посадочную полосу.
БТР оказался весьма маневренной и подвижной машиной. Спустя минут двадцать, Иван уже приспособился к жёсткому управлению и начал выписывать пируэты на взлётке, отчего Фёдора в десантном отделении мотыляло во все возможные стороны. Пробравшись вперёд, он встал, держась за рамку подвеса стрелка.
— Это… Куда вваливаешь, Вань! — проорал он водителю.
— Класс! Смотри чё он может! — обернувшись к другу, крикнул тот и резко дал вправо.
БТР соскочил с бетона и понёсся по заросшему по пояс травой полю. Иван методично менял курс, отчего боевая машина кренилась, а Фёдор сросся с креслом стрелка. В итоге, приложившись от души лбом об угол, он отвесил водителю хлёсткий подзатыльник.
— Тормози пока не угробил! Слыш, чё говорю! — заорал Федя.
Иван остановил БТР посреди поля, и все трое вылезли на броню. На лбу Срамнова набухала здоровенная шишка и он тёр её, поминая Ивана гадкими, нехорошими словами. Тот извинялся, а Семчук, закуривая бурчал что-то о соблюдении техники безопасности и о том, что негоже так гонять на боевой машине, сев за органы управления ею впервые.
— Ну, как вам? — выпустив дым, спросил он уставившись на Срамнова.
— Думал, будет помягче. — буркнул тот и, в свою очередь, тоже закурил.
— Это ты, Федь, в танке ещё не катался. Там вот — да, а «бэтр», считай, лимузин по сравнению с ним…
— Да хрен с ним, что говорить внутри не возможно, — продолжил раскрытие своего мнения Срамнов, но тут же нарвался на удивлённый взгляд Дениса.
— С хера ли? А переговорка на что? — спросил он.
— Ды вы чё, мужики… — покачал головой, дивясь на необразованность деревенских, Семчук. — Внутренняя связь — на три персоны. Говори — не хочу. И может быть расширена, не вопрос! Ну вы темнота! Не погорячились мы с БТРом, а?
— Вместо того, чтоб стебаться — лучше бы сразу всё показал. — упрекнул его в ответ Ваня. — А то — «залезай!», «давай!». Откуда нам быть просвещёнными? Мы в армии не служили… Да и знать всё вокруг нельзя. А то вон, сейчас Фёдор тебе загнёт про волатильность финансовых рынков в период нарастающей нестабильности, и стартанёшь в гальюн птицей.
— В жопу твои рынки, Ваня. — заржал в ответ Семчук. — Чё это такое, где они? Нет их, да и были ли?! На хер они теперь никому не интересны и не нужны, а вот умение с «бэтром» управляться — востребовано. Скажи ещё, что я не прав! Ладно, темнота! Не ссыте. Подтяну я вас по своей теме. Небось, не чужие теперь люди. Одна команда! Ты мне только скажи, Федь — а стрелком-то кто у вас будет?
— Аслан. Кто ещё?! Его учить не надо. — ответил Срамнов, как само собою разумеющееся.
— Это тот ваш бородач? — переспросил Денис. Успев не поделить что-то с чеченцем за то короткое время, что провели вместе, он явно побаивался его.
— Он. Что у вы с ним не поделили-то?
— Да херня. — отмахнулся Денис. — То ли я чего-то ляпнул корявое, то ли ещё что… Забыли. Чего нам делить?
— И то верно. — кивнул Ваня. — Аслан — свой человек, а на то, что чечен — ты не смотри. Если б каждый русский был как Аслан… Короче, считай, он трёх войнах успел побывать: две чеченских да с грузинами. В охране Катырова служил.
— Да ладно тебе! — удивлённо округлил глаза Семчук.
— Чё «ладно»-то?! Прохладно! Я те говорю. Так и было!
— И откуда он у вас взялся, такой расписной?
— О, Дэн, это весьма забавная история. Совершенно случайно. — и, потратив ещё полчаса, Иван поведал Семчуку историю Аслана.
— А ты говоришь — «темнота». - подвёл итог рассказу Калина. — Да и по вопросу нежити, я думаю, мы всё ж поподкованнее будем.
Семчук задумчиво сидел, оперевшись спиной на башню и вытянув ноги. Солнышко ласково пригревало, но время шло к вечеру, и надо было начинать сворачиваться.
— А можешь Севу на стрелка подготовить? — нарушил тишину Срамнов.
