Прошло два года с тех пор, как Максим Щеглов похоронил своего друга. Он решил закончить карьеру следователя и вернуться жизни обычного человека. Открыл сыскное агентство. Заказы все как один – слежка за супругом. За доказательства измены платили хорошие деньги, только Максиму это наскучило.Ему хотелось вернуться к старым делам. Расследовать убийства, выводить преступников на чистую воду. Однажды к нему в агентство пришел старичок. Просил лишь об одном – найти внука. Щеглов берется за дело.Однако все не так просто, как думал Максим. Похититель оставляет на своем следу странные стихотворения. Они направляют бывшего следователя. С каждым шагом появляются все новые факты, которые никак не вяжутся с образом пропавшего парня.Содержит нецензурную брань.
Неожиданно для всех пламя раскинулось по всему залу. Экран, где некогда шел мультфильм, воспламенился в мгновение ока. Куски белой сгоревшей ткани пеплом падали на пол, обжигая воздух. Люди в панике повставали с мест. Мама Иды схватила ее за руку и повела к ступенькам. Девочка не осознавала всего происходящего. Дети кричали, взрослые толкались. Толпа волной хлынула к выходу.
Девочке прилетали удары со всех сторон, а рука, за которую тянула мать, дико ныла. Иде было плевать на ушибы и ссадины. Больше всего она беспокоилась об отце и брате. У Славы всегда были проблемы со зрением, поэтому отец спустился с ним на первый ряд. Ида смотрела по сторонам в поисках членов семьи. Брата с отцом нигде не было. Мама уже продвинулась к выходу. Как бы рука девочки ни болела, она стойко держалась. Ида прекрасно понимала, если она потеряет маму, ей никак отсюда не выбраться.
Дым летал в воздухе, пробиваясь в легкие. Он заполонял все частички тела, отравляя его. Ида уже чувствовала, что задыхается. Когда они с мамой выбрались из зала, девочка смогла хоть на мгновение наполнить легкие кислородом. Только это был не конец.
Благо окна на крыше торгового центра полопались. Когда-то Ида поднимала голову и смотрела на россыпь звезд на небе через прозрачный потолок. Теперь перед ее взором клубы дыма, которые пеленой закрывали чистое небо. Дыры помогали выветривать смог, однако воздух, проникающий в здание, способствовал разгоранию пламени.
Языки огня опоясывали толпу людей. Вдруг раздался треск. Ида обернулась назад и увидела, как что-то произошло в кинозале, где они смотрели мультик. Там был папа с братом! Паника обрушилась на девочку, вопль людей взорвался бомбой. Что с ними произошло? Они живы? Нет! Они бы никогда не смогли оттуда выбраться!
Мама все тянула Иду за руку. Толпа спускалась по ступенькам на первый этаж. Под ногами лежали люди. Их затоптали, как кричал один из мужчин, что пробирался сзади них. Ида хотела спросить, что это значит, только мама не оборачивалась. Тем не менее она все прекрасно понимала, хотя не осознавала этого до конца.
Когда раздался взрыв, девочка смогла увидеть лицо матери. Она плакала, только пыталась это скрыть под натянутой улыбкой. Словно говорила, что все хорошо. Только ничего хорошего тут не происходило. Люди умирали на глазах!
Они пробирались сквозь толпу. Иде снова прилетел удар. На этот раз чей-то локоть рассек ей губу. Девочка стерла кровь тыльной стороной ладони и продолжила идти за мамой. Она знала, почему мама плачет, только в ее голове никак не соберется пазл. Почему она не плачет? Может, до последнего верит, что с братом и отцом все в порядке?
Крики не прерывались ни на секунду. Ида заметила вдали семью. Мужчина на плече тащит женщину, а сзади него бежит маленькая девочка. Она плачет. Вытирает кулачками глаза, только это не помогает. Слезы ручьем бегут по ее щекам. Девочка спрашивает папу, жива ли мама. Только он ничего не может ответить. Идет, не обращая ни на что внимания.
Когда Ида с матерью пробрались ближе к входной двери, она заметила, что это были не слезы. Лицо той девочки настолько сильно обгорело, что сукровица сочилась, будто из недожаренного стейка. Они посмотрели друг на друга. В глазах девочки Ида заметила невероятную боль. Нет, не физическую. Ей было страшно за маму. Жива ли она вообще?
Ида отвернулась, не в силах на это смотреть. Мама вытащила ее на улицу. Наконец свежий воздух. Девочка откашлялась и хотела бы лечь на пол, однако мама не отпускала Иду, пока они не прошли за территорию кинотеатра. Только на газоне в парке культуры она смогла разлечься, вытянув свои маленькие конечности.
Мама, словно ошалелая, звонила отцу. Длинные гудки бесили ее, отчего мама ходила из стороны в сторону. Повсюду бегали мужчины и женщины в спец костюмах. Из горящего здания выносили обгорелых людей. Ида обратила внимание на ту девочку, что видела внутри кинотеатра. Ее отец положил супругу на лавочку, а сам сел рядом и заплакал. Девочка пыталась обнять папу, только он отталкивал дочку. Мужчина больше горевал за жену. Он не понимал, что его дочурка осталась без матери. От бессилия девочка села на асфальт. К ней подбежал врач, взял девочку в охапку и унес.
Мама продолжала звонить. Когда она заметила вдали фигуру мужа, ее ноги подкосились. Отец шел к ним, а на руках у него лежал Слава. «Живы!» – закричала мама. Однако не обошлось без травм. Если Ида отделалась ссадинами и ранами, а губа ее опухла, то Слава получил ожоги. Благо они не задели его лицо, как было с той девочкой. Мама кинулась в объятия отца. Зацеловала его, что папа был весь в помаде. Потом опустилась на колени и посмотрела на Славу. Его футболка была в дырах, а на шее длинный ожог, доходящий до правого уха. К Славе подбежал врач и так же, как и ту девочку, забрал с собой.
Ида поднялась на ноги. Она не могла ничего сказать. Смотрела по сторонам, не в силах отвернуться и потупить взгляд. Повсюду врачи, пожарные, МЧС. Везде обгорелые тела, крики боли, слезы и сопли.
