Пройдя к окнам, ведущим на улицу, пастор высматривал противника, но улица была пуста. Прошло не мало времени, прежде чем отец Марк сначала услышал шум приближающейся толпы, а потом и увидел ее. И впереди всего этого сброда, словно сель идущий по склону и сносящий все на своем пути, вышагивала озлобленная стража…
Это действительно была измена.
Семен держался двумя руками за ручку двери, но от болтанки это ни сколько его не спасало. «Уазик», прыгая на рытвинах и кочках, на безумной скорости пытался нагнать ушедшую вперед колонну. Уже была видна грязь и пыль, поднятые в воздух идущими впереди БТРами и грузовиками, но казалось это было так далеко.
Водитель не щадил ни машину ни себя ни пассажиров. Бедная Вика сзади уже не раз и не два испытывала головой прочность крыши автомобиля. И она уже давно убедилась, что крыша точно прочнее ее головы. Один только Веккер сзади сполз с сидения так, что словно полулежал на нем и откровенно забавлялся этим непредвиденным развлечением. Американскими горками он называл подобную езду.
– Ооо! – протянул он зачарованно и, поясняя свое восклицание выкрикнул что бы его расслышали за ревом двигателя: – Вон вертушки уже туда ломятся.
– Не нравится мне все это. – Отозвался еле слышно Семен и в очередной раз чуть не ударился головой о дверцу. Не слыша ответа на свое высказывание, он громко повторил оборачиваясь: – Не нравится, говорю, мне все это. Словно война, какая там намечается!
Толик, улыбаясь, чуть повернул голову к Вике и почти не слышно ей что-то сказал. Семен спросил, чего они там шепчутся и Веккер, перекрывая грохот в кабине, почти проорал:
– Да тебя обсуждаем! Вот Вика сказала, что ты трусоват, раз тебе война не нравится!
Вика изумленно поглядела на мужчин и закричала, тоже стараясь перекрыть шум:
– Неправда! Сема! Врет он все! Веккер, я от тебя не ожидала!
Семен покачал укоризненно головой, а Толик только флегматично улыбнувшись, снова стал смотреть в окно. Ему тоже все это не нравилось, но выбора не было…
Периметр был прорван в пять сорок утра. Сразу пущенные по следу отряды отыскали тридцать человек из почти сотни сбежавших. И пока тех вязали и возвращали обратно, остальные прямехонько устремились через полосу отчуждения на свободу. Сам побег был не новостью. Мало ли этих бегунов… Но что никому не нравилось так это неизвестно откуда взявшееся оружие у беглецов. Та большая группа, что все-таки ушла от преследования довольно активно отстреливалась. Может именно поэтому ее и не стали преследовать оперативные отряды? Посчитали, зачем нужно это, если можно вызвать из-за кордонов спецчасти?
А спецчасти, пока расчухались, пока собрались да выехали… беглецы, в общем, лихо меньше чем за два часа вышли к последним рубежам и прорвали их, выкатившись на просторы калужской области. А там леса, поля, реки… благодать, в общем, для тех, кто бежать хочет.
И может быть, будь порасторопнее спецназ удалось бы сразу и всех накрыть, но… из всей этой толпы остановить смогли только пятнадцать или двадцать человек. И то, потому что они выдохлись, таща на себе раненого. Видя, что бежать дальше бесполезно, эти «добрые люди», ни в чем не сомневаясь и не рассуждая особо, с лету взяли в заложники весь состав одной из сельских администраций и по всем правилам заняли оборону в в ее здании. Они не собирались сдаваться и никто не сомневался, что этим людям особо терять было нечего.
Когда Веккер получил приказ выдвигаться на место, с террористами, а именно такой статус был немедленно присвоен беглецам, уже вступили в переговоры. Зачем было надо выдергивать его и Семена, Толик вообще не понимал. Ну ладно если бы это происходило на территории Москвы, в их районе… Но тут… Объяснения который пришли сверху Толика не устраивали. Да он, конечно, долго занимался подобными отморозками, но и спецназ не даром хлеб свой ел. Попытавшись возмутиться, Веккер сказал, что они все там только мешаться будут штабу операции. Но большие начальники может это и понимали, но отменять ничего не стали. И Веккер, собрав с трех районов дежурных, из числа тех зараженных кто проходил спецкурсы, погрузил всех в автобус и двинулся к Обнинску. Уже в Обнинске они пересели в этот шедевр отечественной автомобильной промышленности и решили сократить путь, пока автобус своим ходом будет добираться до места операции.
Не сказать что ребята узнав о предстоящем были в восторге. Даже совсем наоборот. Обстановка в автобусе пока группа двигалась к Обнинску была угрюмая, удручающая. Только Вика, выдернутая с другой операции, была как обычно жизнерадостна и пыталась поднять всем настроение. Но безуспешно. И потому, когда Веккер и Толик собрались слинять на машине местного угрозыска, она чуть ли не взмолилась, упрашивая, чтобы ее взяли с собой. Толик не смог отказать.
– Подъезжаем! – проорал водитель, указывая на какую-то деревню впереди них. – Я же говорил что полями быстрее!
