У безумцев есть своя логика. Пусть своеобразная, плохо поддающаяся описанию, но есть. Даже если безумцем является иллюзия. Даже если хаотичные перемещения по городу пока не выстраиваются в явную картину ее действий. Игорь хмыкнул и сел на крыше, свесив ноги вниз. Он порядком утомился гоняться за Марой, параллельно пытаясь разгадать загадку собственного творения. Точнее того, как это творение уничтожить. Мастер Иллюзий не тешил себя надеждой, что сможет ее исправить. Понадобилось бы для начала исправить себя, свое мышление. А Игорь, признаться, не желал подобных подвигов.
Мара перестала лезть на рожон. Что являлось странным для ее первоначального поведения, когда иллюзия планомерно уничтожала все его творения, находящиеся в городе. Впрочем, и тогда она атаковала лишь при отсутствии явного скопления одаренных. Один-два слабеньких ее не смущали, хотя иллюзия предпочитала маскироваться, а вот мастеров Мара избегала. Видимо, ей не верилось, что они не смогут навредить. А вот Игорь уже давно был в этом уверен.
Обычная материальная иллюзия уничтожалась точно также, как и ее прототип. Человека можно убить, тарелку — разбить, устройство — вывести из строя. Нематериальная создавала лишь картинку, порой энергетическую составляющую, разве что внушение непосредственно людям значительно отличалось. Но Мара была квинтэссенцией всего, что он знал об иллюзиях. А знал Игорь совсем немало.
Тем не менее, ему нужно было понять, как именно уничтожить ее. Обычные кодовые слова не работали, хотя он часто пользовался ими, активируя разложение собственных творений. Своеобразный механизм, ранее никогда не подводивший. Мара же проигнорировала такую попытку. Возможно, следовало просто стереть ее извне. Игорь хотел попробовать, размышляя лишь над тем, что лучше применить стандартную волну или что-то более заковыристое. Впрочем, и то, и другое имело одну и ту же цель — расщепление его больной фантазии.
— Меня ждешь? — мужчина не повернулся, услышав тонкий голос Мары.
— Нет. Любуюсь городом, — Игорь искривил губы в усмешке и тут же отправил волну уничтожения четко на звук, одновременно откатываясь в сторону от предполагаемого удара.
Странно, но его не последовало. Мужчина приподнялся, наблюдая за тем, как иллюзия расхохоталась безумным смехом, и, слегка воспарив, сделала издевательский кульбит.
— Твоя энергия дрянь, — она облизала тонкие пальцы, — но ты можешь дать еще.
— Твой смех отвратителен, — не остался в долгу Игорь, плавно обходя ее по кругу.
— О, да ты ценитель, — Мара вновь рассмеялась, заставив иллюзиониста поморщится.
— Зачем ты явилась? Хочешь подпитаться за мой счет? Неужели той энергии, которую ты забрала из других иллюзий и нескольких одаренных тебе мало? — для Игоря, действительно, оставалось загадкой, почему Мара до сих пор на него не напала, ведь свою цель она озвучила довольно явно.
— Твои творения неплохи на вкус, в отличие от того, что ты только что мне скормил, — Мара мерцала, зависнув в воздухе, имитируя покачивания с пятки на носок.
— Так зачем ты пришла? — Игорь повторил свой вопрос, прекращая в общем-то бессмысленное кружение вокруг нее.
— За тобой, — Мара улыбнулась, сокращая между ними расстояние.
— Наконец-то решила, что достаточно сильна для этого? — Игорь насторожено следил за ее приближением.
— Почти, — она встала на цыпочки, ловя его дыхание. — Я обнаружила один маленький нюанс.
— Какой? — мужчина посмотрел в ее притягательно-безумные глаза.
— Видишь ли, — она провела ладонью по его щеке, пальцем с острым ноготком спускаясь к губам. — Помимо того, что я собиралась получить наслаждение от твоей смерти, я выяснила, что она мне остро необходима.
— Зачем же? — иллюзионист повторил ее движение, слегка перебирая пальцами темные короткие волосы на ее затылке. — Разве ты не хочешь остаться здесь? Со мной?
— Привлекательно, — Мара облизнулась, еще сильнее приближая свое лицо к его, и прекращая моргать. — Но тебе предстоит уйти.
— Может все же остаться? — мужчина чувствовал, что переходит грань, когда иллюзии уже вступили в свои права, а реальность еще не отпустила.
— Остаться здесь? — она переспросила, и сама же ответила. — Да. Насовсем. И уйти, оставив мне все. Родитель ведь должен сделать все, чтобы его ребенок жил, ведь так? — она тонко хихикнула.
— Помнится, ты отрицала, что ты — иллюзия, — Игорь погрузился в ее взгляд еще глубже, теряя дорогу назад в безумных искрах.
— Я — больше, чем иллюзия, Игорь, — она, наконец, прижалась к нему всем телом, потершись словно большая кошка. — Ведь ты же хочешь, чтобы я жила. А я смогу жить, если тебя не станет. Все просто.
— Конечно, — мужчина склонил голову, касаясь ее губ в поцелуе. — Все просто.
