Вы когда-нибудь выбирали, кого полюбить? Никогда в жизни я и подумать не могла, что судьба так жестоко обойдётся со мной. Когда становишься одержимой человеком, думать о котором запрещено… И всё что остаётся – выбирать: любовь или предательство.
«Здесь достаточно денег, чтобы уехать отсюда и начать новую жизнь. Уезжай как можно дальше, он будет тебя искать».
Слова Валерии эхом проносятся в голове. Я сжимаю содержимое бокового кармана джинсовой куртки со всей силы и пытаюсь совладать с эмоциями. Вхожу в фойе шикарного здания, горящего в ночи ярким светом из окон. Вот нельзя просить таксиста довезти до ближайшей гостиницы, когда бежишь сломя голову из элитного жилого района. По обстановке можно сразу понять – номер здесь стоит немало, пусть даже самый дешевый. Стрелка часов уже давно перевалила за полночь, но это не мешает толстоватому мужичку в белом костюме играть на рояле. Некоторые люди сидят на кожаных диванах, читая газету. Рядом с ними покоится багаж.
Подхожу к консьержу, мирно выжидаю свою очередь, параллельно пытаясь привезти себя в порядок. Приглаживаю непослушные волнистые волосы, выбившиеся из конского хвоста, а лицо ещё пылает жаром от продолжительного бега. После долгих воспеваний и любезностей рыхлому маленькому старичку консьерж наконец-то обращает внимание на меня. Заученная улыбка сползает с её лица параллельно с выражением щенячьей преданности, чем моментально меня смущает. Да, я понимаю, что не вписываюсь в образ элитных гостей этого чересчур пафосного домика, но к такому откровенному пренебрежению, честно сказать, не готова.
– Могу я вам чем-то помочь? – поёт девушка всё таким же елейным голоском, а вот глаза смотрят насмешливо.
– Да, мне нужен номер на ночь, – отвечаю негромко и, откашлявшись, добавляю: – Относительно недорогой.
– Сожалею, у нас нет свободных мест.
– Простите? – удивлённо переспрашиваю я, оглядываясь по сторонам. – Вы же только что предлагали с десяток свободных номеров мужчине, что стоял передо мной.
Девушка немного смущается, но смело продолжает стоять на своём:
– Видимо, вы не так поняли. Сожалею, но ничем не могу вам больше помочь.
Она отворачивается, игнорируя мой ошарашенный взгляд, пока я медленно соображаю, что меня только что отсеяли при отборе по фейс-контролю. Ситуация одновременно и злит, и смущает. Что делать? Ругаться или снова метаться по городу в поисках убежища?
– Я могу поговорить с администратором? – всё-таки решаюсь на смелость и пытаюсь выбить для себя местечко.
Девушка даже не успевает ответить, как к стойке подходит деловая и важная женщина. Её нос задран так высоко, что видеть его можно, разве что стоя на ходулях. Видимо, именно она мне и нужна, но, судя по тому, как вольготно женщина держит статный вид, надежды у меня нет. Вот бы намекнуть, что она малость переигрывает.
– Приехал Савицкий Александр с семьей, – говорит она консьержу, даже не глядя на меня. – Если не знаешь, кто из них кто, лучше вообще не обращайся к ним по имени…
– Прошу прощения, – перебиваю я женщину и сразу стараюсь давить на жалость. – Возможно, вы сможете помочь, я хочу переночевать в вашем отеле, мне больше некуда идти.
– Вы не по адресу, обратитесь к регистратору, – довольно грубо пресекает мою попытку администраторша.
– Мне сообщили, что мест нет.
– Значит, их нет.
– Но это не так, я слышала…
– Так, один вошел, в черной рубашке. Дмитрий, запомни! – снова причитает женщина, уже не слушая меня.
– Послушайте, у меня есть деньги! – немного повышаю голос, пытаясь втиснуться в нескончаемый поток поучений бедняжки за стойкой, и достаю из карманов джинсовки мятые купюры.
А администраторша так выразительно глаза округляет, будто я раздеваться перед народом начала.
– Тихо и быстро выведите эту девицу отсюда! Она испортит нам всю репутацию! – шипит она мне за спину.
Не проходит и пяти секунд, как между мной и стойкой возникают двое мужчин и вежливо просят удалиться. Понимаю, что назревает конфликт, а мне сейчас шум совершенно не нужен. Только разворачиваюсь, чтобы мирно уйти, как меня неудачно подталкивают, и я, теряя равновесие, валюсь плашмя на начищенный до блеска пол. Меня подхватывают. Легко и бережно. Настолько непривычное прикосновение спустя три месяца личного кошмара. Вижу перед собой черную рубашку на держащих меня руках.
– Ты не ушиблась? – вежливо спрашивает молодой человек, его голос ласкает слух.
– Пустите меня! – возмущенно шикаю я на него, пытаясь выровняться, и сама не понимаю, в чем провинился передо мной этот парень.
– Дмитрий! – щебечет администраторша. – Простите за это недоразумение, девушка уже уходит.
Молодой человек помогает подняться и просит прощения, хотя я не совсем понимаю за что. Когда я поворачиваюсь, его уже окружают целых три служащих. Какое внимание, чёрт возьми! Почему я продолжаю чувствовать его прикосновение на своих руках?
Слева от меня «облизывают» приезжих богачей, шустро перенося их багаж к лифту. Сраженная этой картиной, едва ли понимаю, что глаза начинают слезиться. Опускаю голову и несусь прочь к выходу, а охранники спокойно уходят, словно их тут и не было. Прогнали девчонку, герои! И поделом тебе, нечего совать нос в такие места, если ты не родилась в куче денег!
