Анна открыла прикроватную светлую тумбочку, из которой достала две маленькие пластиковые бутылочки. Они лежали там с того самого дня, как Марк и Анна перестали быть парой. Девушка держала в каждой руке по бутылочке, переводя взгляд с одной на другую. Содержимое левого пузырька позволило бы отпустить всю боль, что она испытывала эти месяцы, а содержимое правого – дать новый шанс, о котором она грезила столько времени. В моменты, когда Анне было настолько больно, что ни Марк Два, ни осознанные сновидения не помогали переживать боль от расставания, она сдавалась и почти открывала первую баночку, но всегда останавливалась, потому что понимала: в таком случае потеряет смысл своей жизни. Перестав мешкать, Анна убрала баночку из левой руки в тумбочку и положила в небольшую кожаную сумку ту, что давала новый шанс.
Девушка была готова уже покинуть свои апартаменты, но вспомнила, что кое-что забыла.
– Марк Два, – разбудила его, – спрячься в шкафу, пожалуйста.
– Конечно, любимая, – сказал Марк Два псевдочеловеческим голосом и выполнил просьбу.
– Не надо меня… – Анне было некомфортно, что сегодня андроид назвал ее «любимой». Ей хотелось объяснить, что сегодня неподходящий день, но она поняла, что запутает нейросети Марка Два, и остановилась. – Да, спасибо.
Перед выходом из своей студии Анна осмотрелась и убедилась, что в ней достаточно чисто. А если убрать все личные вещи, то даже можно сдавать на «Эйрбиэнби». Девушка снова сделала глубокий вдох, словно готовилась к чему-то грандиозному, и покинула апартаменты.
«Сегодня решится все. Надеюсь, что мне не придется это использовать», – подумала Анна, снова крепко зажав баночку надежды.
