— Только если Арт не против, — произношу я, глядя на него.
— Конечно. Все необходимое для выпечки пирога должно быть в холодильнике и кладовке. Если нет, я сбегаю в магазин.
— Ну что, будем печь? — спрашиваю я ребят.
Оба мальчишки визжат от восторга и бегут к двери.
Я никогда не видел Мейсона таким счастливым. Син сидит рядом с ним, пока он смешивает ингредиенты ручным миксером. Выражение его лица бесценно. Последние пятнадцать минут я наблюдал за ее общением с ним со своего места у кухонного острова. Она заботлива, внимательна и терпелива. У меня нет никаких сомнений в том, что Син стала бы для него замечательной матерью. Если бы ее можно было разлить по бутылкам и принимать три раза в день, все травмированные дети в мире исцелились бы.
— Себастьян, ты закончил мазать маслом форму? — спрашивает Син.
— Ага.
— Отлично, пора печь. — Она выключает миксер.
— Я хочу посыпку, — просит Мейсон.
— В кладовой не было, но я прослежу, чтобы Мариза добавила ее в список продуктов, — отвечаю брату я.
— Ладно, — разочарованно вздыхает он. — Когда будет готов пирог?
— Через сорок пять минут, потом ему нужно будет немного остыть, — объясняет Син, выливая тесто в форму.
— Это займет целую вечность, — дуется он.
— Все будет готово, не успеешь оглянуться, — успокаиваю я. — Может пока пригласишь Себастьяна в свою комнату?
Мне нужно побыть наедине с Син.
— У меня есть много классных вещей, которые я хочу тебе показать. — Мейсон хватает Себастьяна за руку и тянет его к двери.
— Итак, кто такая Мариза? — Син идет через кухню.
— Я слышу ревность в твоем голосе?
— Абсолютно нет, мне просто любопытно.
Я встаю позади нее, когда она наклоняется, чтобы поставить форму в духовку.
— Лгунья.
Хватаю ее за горло и прижимаю к своей груди. Син издает низкий сексуальный стон, когда я проникаю рукой под ее шорты и играю между ее ног.
— Мы не можем. Мальчики вернутся в любую минуту.
— Пойдем в мою спальню.
— Нет. Они могут нас застукать.
— У меня звуконепроницаемая комната и я закрою дверь на замок.
— Все равно очень рискованно.
Я вытаскиваю руку из ее шорт и подношу к своему носу, глубоко вдыхая. Запах сладкой кожи Син почти заставляет меня кончить. К черту. Я не буду ждать. Она нужна мне немедленно.
Я затаскиваю ее в кладовку.
— Что ты делаешь?
— Хочу, чтобы мой член оказался в тебе в ближайшие три минуты.
Опускаюсь на колени, стягиваю ее трусики и шорты с ног.
— Я быстро. — Зарываюсь лицом в ее киску, трахая языком.
— О боже, — стонет Син, хватая меня за волосы.
Провожу языком по клитору, затем проникаю двумя пальцами в нее. Тело Син неконтролируемо содрогается, в такт движениям моих пальцев. Жидкость вытекает из ее влагалища, образуя лужицу на полу. Я встаю и закидываю ее правое бедро на свою талию. Вытаскиваю свой твердый член и заполняю ее блестящую от желания киску.
— Син, — стону я, прижимаясь лбом к ее лбу.
Она нежно целует меня в губы.
— Мне кажется, я снова влюбляюсь в тебя.
Слова Син злят меня, потому что, черт возьми, я хочу ее любви. Я двигаю бедрами, трахая ее в исступлении. Это не занятие любовью и даже не секс. Слишком общие слова, чтобы описать тот жар, который пылает между нами. Это…
Армагеддон.
— Твоя любовь запятнана, так что оставь ее себе. — Грубые эмоции в моем голосе очевидны.
Син впивается ногтями в мою спину, мышцы влагалища сильно сжимают член.
Это прекрасное мучение.
Я кричу, изливая свою сперму в ее лоно.
Последние несколько недель мы с Артом все чаще видимся друг с другом. Наше взаимопонимание началось не сразу, но мы нашли общий язык. Он все еще чертовски властный. К сожалению, это никогда не изменится. Мы уже несколько раз ходили на свидания, а иногда даже гуляли с мальчиками.
Я лежу в кровати, готовясь вздремнуть после того, как все утро провела в бассейне. Себастьян с нетерпением ждет каждых выходных, чтобы пойти в «Детский плавательный центр». Адриан больше не работает там волонтером, и это к лучшему. Иначе получилось бы неловко.
Маме сейчас очень хорошо. Доктор назначил ей рентген и выяснилось, что у нее пролапс диска в шее, который вызывает цервикогенные головные боли. Это редкое явление, но ей потребовалась операция из-за сдавливания нервов. Травма произошла, когда она ударилась головой о стену от брошенного Тревором ботинка. Врач скорой помощи сказал, что у нее сотрясение мозга, и отправил домой. Все это можно было бы обнаружить уже давно, если бы предыдущие врачи проявили должную внимательность.
Она проходит физиотерапию по понедельникам и четвергам, и ее врач сказал, что мама полностью восстановится за несколько недель.
Звонит мой телефон.
— Алло?
— Я участвую в благотворительном ужине. Ты пойдешь со мной, — объявляет Арт.
Он никогда не спрашивает, только ставит перед фактом.
— Может у меня уже есть планы.
— Не надо, черт возьми, играть со мной, Син.
— Почему я узнаю об этом только сейчас? Можно ведь как-то предупредить.
— Я пришлю за тобой машину в шесть. Приготовь свою задницу к выходу.
— Что я должна надеть?
— Я перевел немного денег на твой счет.
— Конечно, у тебя есть номер моего счета, — сухо говорю я.
