— Ты плохо на меня влияешь. Раньше я была хорошей девочкой. — Но он не ошибся. Когда Слоан бросал ей вызов на тренировках или в сексе, ее это раззадоривало.
— Тебе не нравилось быть милой. — Он провел ладонью вдоль ее тела. — Расскажи, о чем ты фантазируешь, и что делает тебя плохой.
Даже под водой прикосновения Слоана обжигали, но низкий и вызывающий голос заставил ее чувствовать себя смелой.
— То, что я фантазирую о чем-то, еще не значит, что я этого хочу.
— Все так плохо, да?
Неужели?
— Это ты виноват! Ты подал мне идею. — Кэт рассмеялась.
О, она фантазировала не только о выпечке, и довольно ярко.
Мужчина медленно вырисовывал круги на ее животе.
— Ты можешь рассказать мне.
Его слова были такими же соблазнительными, как его прикосновения.
— Порка. — Это было полной противоположностью всему, чему ее учили: образованная, уравновешенная, элегантная, заботящаяся о том, что думают другие. — Почему взрослая женщина хочет, чтобы ее отшлепали?
Слоан застонал, а его член у ее бедра напрягся.
— Секс и шлепки раззадоривают. Небольшая ролевая игра, в которой ты притворяешься, что у тебя проблемы. Я бы заставил тебя раздеться и улечься на мои колени. Так ты будешь в моей власти.
Ее клитор болезненно набух, в то время как сердце колотилось в груди. Согласится ли она на подобное? Да и зачем ей это?
— Первые шлепки жалят, привлекают твое внимание. Если ты выдержишь эту боль, она пробьет барьеры в голове, чтобы усилить удовольствие, пока оглушительный оргазм не накроет тебя. — Слоан перевел дыхание. — Хотеть этого — не плохо, особенно, если ты доверяешь партнеру.
— Я не готова к этому. — Он был честен с ней, объяснил ей это так же буднично, как делал это на тренировках, поэтому она сказала правду. — Это будоражит и пугает меня одновременно.
Мужчина приподнял ее подбородок и посмотрел на нее.
— Ты скажешь мне, когда захочешь попробовать?
— Я чувствую твое возбуждение. Тебе нравится шлепать женщин? — Она не знала, что думать по этому поводу.
Он изучал ее.
— Мне не нужно причинять женщине боль. Это не мое. Но мне нравится твоя задница. Так что, когда я представляю тебя на коленях, мой член встает колом. — Его улыбка стала шире. — Если я отшлепаю тебя, котенок, то заставлю тебя кончить. Потом трахну тебя и заставлю кончить снова. Ты скажешь мне, когда будешь готова?
Как ему удалось сделать все таким простым?
— Да.
— Моя плохая девочка. — Он взял ее на руки и вылез из ванной, затем вытер полотенцем и уложил в постель. — Я ведь рассказывал тебе о своей фантазии? Это та, где твой ротик на моем члене.
Что ж, эту его фантазию Кэт была не против осуществить.
***
Кэт проснулась одна в постели Слоана. Его голос доносился через открытые французские двери, ведущие на балкон, с видом на океан. Взглянув на часы, девушка увидела, что уже половина шестого. Любопытство заставило встать. Она накинула халат и вышла.
Слоан расхаживал по балкону босиком в спортивных штанах, мышцы его спины, плеч и рук были напряжены.
— Не разговаривай с ними, Оливия. Ни слова. Или денег больше не будет.
Кэт вздрогнула от ярости, звучавшей в его голосе.
— Все. Держи меня в курсе. — Он повернулся и увидел Кэт. — Иди в дом, тут холодно.
Кэт почти не чувствовала холода. Она не могла отвести от него взгляда, не могла оторваться от его напряженных мышц и сухожилий.
Слоан провел большим пальцем по экрану мобильника и сделал еще один звонок.
— Лайза, какой-то репортер шпионит за Оливией. Узнай, кто это, и замни историю.
Кэт стояла, как идиотка, не зная, как относиться к происходящему.
Слоан прошел мимо нее и направился в гостиную к камину. Он остановился у ряда экранов, установленных на стене, коснулся клавиатуры, и мониторы ожили.
Ей потребовалась всего секунда, чтобы понять, что она видит на экранах — полдюжины видов фасада дома Слоана, в том числе и за воротами. Камеры вели круглосуточно наблюдение.
— Блять. — Он вытащил свой телефон обратно к уху. — Итан, репортеры у входа. Убери их.
Она понятия не имела, что делать. Это бизнес? Личное? Плотнее запахнув халат, Кэт огляделась в поисках одежды.
— Кофе? — Слоан подошел к стойке в углу комнаты, которая была оборудована небольшим холодильником, кофеваркой и бог знает, чем еще.
— Что происходит? Тебе нужно уйти? — Кэт прошла между кроватью с балдахином и мраморным камином в гостиную.
После того, как кофе-машина заработала, Слоан достал сливки с сахаром и приготовил первую чашку кофе так, как ей нравилось.
— Лучше подождать и посмотреть, сможет ли Итан прогнать репортеров. Я не хочу, чтобы тебя заметили.
Кэт и не собиралась туда. Слоан был с ней на людях, он не прятал ее. Так что она была уверена, что сейчас Слоан имел в виду защиту ее личной жизни или что-то в этом роде. Она взяла чашку.
— В чем дело? — Любопытство взяло верх. Кэт поняла, что Лайза работает на него, по тому, как он говорил с ней по телефону. — Кто такая Оливия? — Она так мало знала о жизни Слоана.
Он сунул в кофе-машину еще одну чашку. Его плечи напряглись.
Слоан ответит или проигнорирует вопрос? Сейчас он совсем не похож на того, с кем она провела эту ночь. Нервничая, она пила горячий кофе.
