Мое самочувствие можно было назвать практически идеальным — с таким уходом, сотнями процедур и обильным питанием любой человек встал бы на ноги за сутки, а уж мне, привыкшей жить с постоянными побоями, это ощущение здорового тела было крайне непривычно.
Рана на шее постепенно затягивалась. Хорошие мази, которыми я пользовалась, с каждым днем делали её все более бледной, однако на коже все равно оставался шрам.
И что-то мне подсказывало, что он так бесследно не исчезнет.
Я быстро приняла душ, нанесла на тело уходовое масло и просушила волосы полотенцем. Когда я вышла из ванной, Марк уже не спал и что-то просматривал в телефоне.
Обычно по утрам мы особо не разговаривали, да и в принципе я всегда старалась избегать мужчину, поэтому сейчас, увидев, как он при моем появлении тут же отложил телефон, я очень удивилась.
— Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо. Разве ты не собираешься на работу?
— Нет, я решил отдохнуть и провести с тобой все время вместе, пока ты полностью не поправишься.
— Марк, я могу сама позаботиться о себе, ведь нужно всего лишь обрабатывать рану и постоянно отдыхать.
— Нет, я хочу быть уверенным в том, что ты прилагаешь все усилия для выздоровления.
Если он что-то решил, то я никак не смогу поменять его дальнейшие планы, поэтому я просто кивнула и вышла из комнаты, направившись на кухню.
Обычно нам готовила Катя — женщина, проживающая в доме и выполняющая одновременно две обязанности — уборку и приготовление пищи, однако, вероятно, Марк отпустил её, поскольку кухня пустовала.
Первым делом заглянула в холодильник — он был полностью заставлен различными продуктами, однако мне хотелось приготовить любимую кашу с бананом. Крайне редко я хозяйничаю на кухне просто потому, что не хочу лишний раз с кем-либо сталкиваться, особенно с Марком, однако сегодня выбора у меня не было — все равно придется остаться рядом с мужем.
Лишь бы только завтра он наконец-то уехал, поскольку по моим подсчетам уже через месяц я забуду лицо Марка и весь тот ужас, через который он заставил меня пройти. Лишь бы все было хорошо с сестрой, и она шла на поправку.
Процесс приготовления занял около десяти минут. Муж спустился, когда я как раз закончила и клала еду в тарелку. Он всегда предпочитал что-то более питательное и чаще всего завтракал яичницей с беконом, однако сегодня, видимо, решил все дела осуществлять непосредственно рядом со мной.
Мужчина положил себе порцию и полез в холодильник за карамельным допингом. Когда он сел напротив меня и пожелал приятного аппетита, меньше всего в тот момент мне хотелось есть и сидеть рядом с ним.
Тело все еще помнило то, что ОН сделал со мной.
И что Я сделала сама с собой из-за его безумной одержимости.
Мысль о том, что будет, если он вдруг опять поймает меня на каком-то промахе, породила стаю мурашек в теле, однако я постаралась отбросить все сомнения и заточить их в уголках подсознания.
В любом случае другого выбора у меня не было. И лучше я хотя бы попытаюсь стать свободной и найти свое счастье где-то в другом месте, чем останусь страдать, находясь рядом с ним и слушая высокопарные слова о любви.
Съесть получилось всего лишь две ложки, поскольку его пронизывающий взгляд слишком сильно давил на мое сознание и порождал ненужные воспоминания, которые я так сильно хотела забыть. Непривычная забота, которой светились его глаза, заставляла мое тело еще сильнее напрягаться — никогда бы не подумала, что настолько привыкну к его угрозам и синякам на теле, что проявление элементарной нежности покажется мне до безумия диким.
Я положила ложку на стол. Марк, в отличие от меня, с удовольствием продолжал есть кашу, и когда я закончила, мужчина сказал, нахмурившись:
— Ты почти ничего не съела. Это так ты заботишься о собственном здоровье? Съешь хотя бы половину.
— Я уже сыта.
«Твоими разговорами» — хотелось крикнуть мне, но, оборвав себя на полуслове, я просто замолчала, допила кофе, поднялась и направилась к лестнице, чтобы хотя бы постараться скрыться от его внимания.
Когда я практически пересекла половину коридора, голова вдруг резко закружилась. Картинка вокруг стала меркнуть, а вместе с ней и мысли стали покидать мой разум, оставляя лишь томительную тишину и боль от удара, полученного при соприкосновении с полом.
Когда я очнулась, снова лежала на кровати в нашей спальне. Просыпаться подобным образом, когда я практически не осознаю, где нахожусь, мне крайне не нравилось, и следовало срочно что-то делать, поскольку если вдруг мое собственное здоровье меня подведет, то от Марка мне не скрыться даже в другой стране.
В самом начале я и правда собиралась за границу, однако у меня совершенно не было знакомых, которые могли бы так легко оформить визу, да еще и таким образом, чтобы мой муж ни за что не узнал об этом. Проблема с документами в принципе до сих пор была актуальна, однако я решила откладывать решение вопросов на будущее и устранять те преграды, которые вырастают передо мной непосредственно сегодня.
