— Кайман! — серьезно сказала девушка. — Это же пси-артефакт. А у тебя закончился иммунитет к пси-воздействиям. Ты вспомни, как ты сорвался по дороге с Затона на Болота! Когда мы выясняли, что там за место, куда Шухов попасть не может. Кстати, насчет шуршав-чика Шухов тоже предупреждал…
Тут Мышка прикусила язык, но было поздно. Кайман бешено поглядел на нее.
— Предупреждал, да? А ты до сих пор молчала? О чем ты еще молчишь, Мышонок, пока я за тебя шею подставляю?
Мышка задохнулась от обиды.
— Шею? Это из меня кровосос кровь пил, не из тебя! Девушка расплакалась. И лишь вместе со слезами пришел жгучий стыд: а ведь Кайман все-таки прав, она обманывает его. С самого начала врала насчет тайника Бюрерши. И хотя Черный Сталкер должен указать ей клад, чтобы она расплатилась с Кайманом, ложь не перестанет быть ложью. Никогда.
Мышка не считала, что поступает плохо, когда врала постороннему сталкеру, которого наняла в помощь. Это же было ради спасения Матвейки! Но лгать близким нельзя, ложь отравляет отношения. Кайман давно уже из постороннего превратился в близкого. И что же ей теперь делать?
Сталкер обнял девушку, прижал к себе, погладил по отросшим и оттого растрепанным волосам:
— Ш-ш-ш, Мышонок, тише, не реви, не надо. Ну, пусть я неправ, хотя ты тоже хороша, но ладно, ладно, только перестань реветь!
На пороге пристройки возник мрачный Можай.
— Мы идем куда-нибудь? — осведомился он. — Или вы тут еще поорете часок-другой в свое удовольствие?
— Идем.
Кайман вывел девушку из сарая, обнимая за плечи. Мышка с облегчением отметила, что он даже не бросил последний взгляд на потолок, где волновался и потрескивал шуршавчик. Но сталкер и не забыл о нем.
— Скажи Доктору, что мы ему в сарае подарок оставили, — хмуро попросил он Можая. — Ему понравится.
Можай не удивился.
— Хорошо, скажу.
Проводник в два счета переправил их на довольно сухой островок — сначала Каймана, затем Мышку. С островка длинная коса вела на другой такой же, а оттуда уже было рукой подать до берега.
— Спасибо тебе за все.
Кайман с Можаем обменялись рукопожатием. Мышка в последнюю минуту решилась и, привстав на цыпочки, чмокнула проводника туда, где небритая щека переходила в небритый подбородок.
— Удачи! — напутствовал их Можай. — Когда выясните, что там и как, киньте мне мессагу на ПДА, ладно? Хочу узнать, чем ваши поиски закончатся. Ну и вообще… заходите как-нибудь в гости.
И прежде чем они двинулись с места, проводник исчез — задействовал «прыгунок» и вернулся к Доктору, в сердце Болот.
Кайман снял с предохранителя свой любимый «эф-эн».
— Ну, потопали. Шевели ногами, Мышонок, чем скорее мы окажемся подальше от этой грязюки, тем лучше.
Около часа они молча шевелили ногами. Сперва выбрались по косе и цепочке островков на берег, затем Кайман сверился с нала-донником и они двинулись напрямик через лес. Мышка поразилась, как быстро к ней вернулось чувство Зоны. Постоянное ожидание опасности, вот что это было по сути. Путешествие в компании Мо-жая и охраняющего их отряд Симбы притупило это чувство, а в доме у Доктора было и вовсе безопасно. Но стоило Мышке оказаться вместе с Кайманом в лесу, и ставшая привычной тревога вернулась. Девушка подумала, что это как раз из-за него, из-за сталкера. Пока они вдвоем оставались под небом Зоны, Кайман не расслаблялся ни на мгновение.
И был прав. Замусоренный валежником лес, где вперемешку росли сосны и лиственные деревья, подкидывал им одну неприятность за другой. Приходилось обходить то участки непролазного бурелома, то точечные очаги высокой радиации, о которых счетчик сигналил в последний момент. Один раз под ними поехал склон оврага, и Мышка с Кайманом едва не угодили в яму, до краев наполненную «студнем». Тускло мерцающий гнилостной зеленью «холодец» словно бы потянулся им навстречу, но сталкер вовремя ухватился за прочную сосну сам и поймал Мышку. Земля вздрогнула. Комья глины расплескали студенистую жижу, и девушка передернулась, задним числом представляя, как летит на дно оврага, навстречу отвратительной смерти.
Особо страшного зверья им не встретилось, но мелкой пакости хватало. Какие-то зверьки, то ли белки, то ли лесные кошки, буквально посыпались путникам на голову из кроны старой сосны. Пока Мышка хваталась за винтовку, Кайман расстрелял их еще в полете. Один на удивление неповрежденный трупик упал рядом с Мышкой, и девушка составила себе впечатление о древесных зверушках в трех словах — клыки, когти и хвост. В домашние любимцы эти твари явно не годились.
Дважды из кустов выскакивали псевдопсы. В первый раз Мышка чуть не закричала, когда сталкер открыл огонь по собаке — ей показалось, что это Симба. Но девушка удержалась от крика и только с горечью подумала, что в Зоне опасно заводить знакомства. Промедлишь секунду, чтобы не подстрелить приятеля, и злобная тварь успеет вцепиться в твое горло.
Кайман, судя по всему, колебаниями не терзался — стрелял мгновенно. А может, дело в том, что его рефлексы выживания в Зоне были старше и прочнее Мышкиных.
