– Почувствовала. Он все для себя уже решил. Он туда пойдет, но вмешиваться не будет. Кен молча смотрел на Йолю.
– Хотя, наверное, пусть все равно выходит. Покажем Братьям, что пытаемся чтото сделать. Кен попрежнему молчал.
– Не веришь?
– Верю. Верю, но не понимаю! – Кен выпрямился, с грохотом опустив кулак на стол. – Почему, почему? Почему я не могу ни на кого положиться?! Почему никто не выполняет моих приказов, как надо?! Что я делаю не так? Я продолжаю все, что начал Крайт, я стараюсь, чтобы всем было хорошо, я действительно стараюсь, и что? Никто не относится ко мне серьезно, все так и ждут, когда я споткнусь! Кивают, соглашаясь, а в душе хихикают или презирают. Словно я неудачник, словно я проклятый! Даже этот капитан, которого я спас от виселицы и теперь еще плачу серебром, и тот туда же! Почему? Что во мне не так? Ну скажи, что, что?! – Ты проиграл войну, – тихо произнесла Йоля.
– Что?
– Ты проиграл войну, – повторила Йоля громче.
– Но это же не я! Крайт ее проиграл, я лишь признал очевидное.
– Для Крайта это очевидным не было.
Взгляд Кена потяжелел.
– Слушай, Йоля, объясни мне одну вещь. Почему ты не ушла со своими? Ты единственная, кто остался со мной. Зачем? Чтобы шпионить?
– А ты не понимаешь? Нет? – Йоля грустно улыбнулась. – Я осталась, потому что согласна с тобой. Я не хочу больше убивать. Я не хочу смотреть, как умирают мои друзья, а я не могу им помочь. И я не хочу умирать сама. Я хочу просто жить, спокойно и счастливо, хочу детей, дом. Это все так просто, понимаешь, обычная жизнь. И так сложно. Потому что почти невозможно.
– И это все? – Кен недоверчиво хмыкнул.
– Ты думаешь, этого мало? – Йоля покачала головой. – Вы, мужчины, постоянно хотите чегото грандиозного, несбыточного. А ведь на самом деле надо так мало.
Кен продолжал сверлить Йолю взглядом.
– Но ты прав, это не все. – Йоля нерешительно взглянула на Кена. – Я осталась с тобой, потому что я люблю тебя.
Кен тяжело опустился на стул.
– Я это от тебя уже слышал, – голос звучал хрипло, – и верил. А потом ты ушла к Крайту. Ему ты то же самое говорила?
– Да.
– И теперь я снова должен тебе поверить?
– Да.
– Почему?
– Потому что это правда.
– Правда?! – Кен сорвался на крик, закашлялся. – Что – правда? Что ты любишь Крайта? Или что ты любишь меня? Или по очереди?
– Все – правда. Я люблю Крайта и люблю тебя.
– Какая ты разносторонняя. – Кен не смог скрыть горечи. – И почему же ты попрежнему со мной? Ты же говорила, что Крайт, скорее всего, действительно вернулся. Что же ты из нас двоих выбрала меня?
– Потому что я нужна тебе. Крайт сильный, а ты…
– А я – слабый. Спасибо.
– Нет, ты не понял. – Йоля покусала губу. – Я не это имела в виду. Крайт, он… Понимаешь, он обойдется без меня, я ему не нужна. – Девушка вздохнула, потерла лоб. – На самом деле ему никто не нужен, кроме него самого. Его не мучают сомнения, и когда он идет, он не оглядывается и не смотрит по сторонам. Ему не важно, что о нем думают другие или чего они хотят, и это делает его сильным, но рядом с ним нет ни для кого места. Его сила – сила одиночки. Йоля помолчала. – А ты не такой. Не стал таким. Ты смотришь, по чему идешь, по грязи, по крови, – Йоля подошла к Кену, осторожно положила ему руку на плечо, – и страдаешь от этого. Ты волнуешься не только за себя. И тебе тяжело от этого, тебе тяжелее всех. Вот поэтому я осталась с тобой и буду рядом, даже если ты начнешь гнать меня прочь, потому что точно знаю, что я нужна тебе, что ты не сможешь без меня. Останусь, чтобы тебе было хотя бы чутьчуть легче.
Кен медленно повернул голову, посмотрел Иоле в глаза.
– Спасибо. – Кен сжал ладонь Йоли руками, поднес к губам. – Спасибо.
* * *
Великий Гроссмейстер Белого Братства улыбался. Прекрасный повод, просто прекрасный повод. Сколько можно оглядываться на Баниши? Сколько можно нянчиться с этими орками? У магистра были свои цели. Хотя до сих пор они совпадали с целями Братства, всегда приходит время разойтись. Похоже, этот момент настал. Великий Гроссмейстер прекрасно отдавал себе отчет в рискованности такого шага, но, но… Но Баниши слишком много на себя берет. Это не будет окончательным разрывом, они попрежнему останутся союзниками, но необходимо показать магистру, что их союз – равноправный, что магистру не удастся подмять Братство под себя так, как он это сделал с Девяткой. Щелчок по носу.