Он проигнорировал ее тираду, наклонил ее над «Дукати», задрал юбку и шлепал по заднице, пока она не перестала кричать. Он помог ей встать прямо, когда ее зад стал красным, и снял платье через голову. Она подняла руки и потянулась к своим трусикам, стягивая их вниз по бедрам. И задохнулась от ужаса, когда он поднял ее, раздвинул ноги и заставил сесть на мотоцикл. Ее ворчание превратилось в сдавленный, гортанный стон, когда ее лоно коснулось голого кожаного сиденья. Она ахнула и откинулась назад.
— Ты так хорошо смотришься на моем байке, красавица, — прорычал Соломан глубоким и сексуальным голосом, расстегивая рубашку, его пальцы задержались на животе, касаясь влажного пятна, которое она оставила. Он застонал, его член затвердел до невыносимости. Наконец он стянул с себя рубашку и позволил ей упасть.
— Мой байк, — промурлыкала она, собственнически поглаживая мотоцикл.
Она не сводила глаз с его обнаженной груди, но наклонилась вперед, чтобы обнять мотоцикл, защищая его от того, что она воспринимала как неизбежное разрушение. Его губы сложились в злую усмешку. Черт, он хотел сфотографировать ее, чтобы видеть, как она делает это, в любой момент времени. Ее красивые полные груди были сплющены о черный металлический изгиб топливного бака. Ее стопы на педалях, а задница плотно прижата к сиденью.
Он расстегнул ремень и молнию на брюках. Запустив руку в нижнее белье, он вытащил член и несколько раз погладил его. Райли оставила свою защитную позу и села прямо, наблюдая за ним, облизывая губы в предвкушении.
— Ты пользовалась игрушками, которые я тебе купил? — спросил он хрипло, его взгляд метнулся к ее заднице.
Он купил ей несколько анальных пробок разного размера. Иногда они играли вместе, но говорил, когда хочет, чтобы она носила одну в его отсутствии.
Она покраснела и закусила губу. Отвернувшись, она покачала головой, часть ее волос выбилась из узла на макушке и упала на раскрасневшиеся щеки. — Я не могу носить их на работе, Соломан. Слишком неудобно, когда я лезу под машину. Мне нужно сосредоточиться на машине, а не на своем теле.
Он бросил на нее порочный, обжигающий взгляд. — Это не моя проблема, красавица. Теперь я готов для тебя. Ты должна была слушать меня, когда говорил тебе, что надеть сегодня утром.
Она ахнула, поняв его намерение, когда он шагнул к ней. Напряженное выражение его лица в сочетании с их шалостями должно было подсказать ей, куда это все ведет. Она попыталась сбросить ногу с мотоцикла, но он опустил свою широкую ладонь на ее бедро с такой силой, что по всему гаражу прокатился шлепок. Она вскрикнула, а затем застонала, когда болезненный жар превратился во что-то восхитительное.
— Соломан, я не думаю, что смогу... — простонала она.
— Ты можешь и будешь, — сказал он, проводя пальцами по татуировке ангела на ее спине и вызывая мурашки на спине. Он любил смотреть, как ангел танцует для него, когда она была возбуждена. Он прижался губами к ее уху и прошептал: — Ты примешь все, что я тебе даю, понимаешь?
У нее перехватило дыхание, и она качнулась вперед, но нетерпеливо кивнула. — Да, Соломан, — простонала она, когда он провел рукой по ее спине, по изгибу попки. Райли слегка приподнялась с сиденья, чтобы он мог дотянуться до нее снизу. Он скользнул двумя длинными грубыми пальцами в ее жар.
— О-о-о, черт, это так приятно... — простонала она, уронив голову на руль, пока он двигал пальцами внутрь и наружу, ее скользкий проход облегчал ему путь. Она начала раскачиваться в такт его движениям, но случайно повернула переднее колесо мотоцикла. Она застонала от разочарования и бросила на него взгляд.
Он усмехнулся, убрал пальцы с ее обжигающего тела и поднес их ко рту. Он слизывал ее восхитительный сок со своей руки, одновременно стягивая штаны и нижнее белье другой рукой. Ее глаза стали темно-карими от похоти, и она заскользила промежностью по сиденью в попытке получить некоторое трение на клиторе после того, как Соломан оставил ее. Когда это не сработало, она потянулась вниз, зная, что ей потребуется всего несколько секунд, чтобы достичь взрывного оргазма.
Теперь уже голый, Соломан подошел к мотоциклу и с силой ударил ее обжигающей ладонью по заднице. Райли подпрыгнула и закричала. Он взял ее маленькие ручки и обхватил ими руль, снова вытянув ее поперек байка.
— Твои оргазмы принадлежат мне, красавица, а не тебе, — прорычал он ей на ухо.
Ее дыхание стало прерывистым, и она изо всех сил вцепилась в байк, пока Соломан забирался на нее сзади. Он был так высок, что мог легко оседлать байк и остаться стоять на бетоне. Она оглянулась через плечо, широко раскрыв глаза, в которых смешались горячее желание и опасение. Интенсивный жар его глаз прожигал каждую часть ее тела, вытатуировав «мое» везде, куда бы он ни посмотрел.
