Ты первая зачерпываешь хумус и единственная, кто съедает кусок низкого глазированного торта, украшенного апельсинами. Почувствовав, что пора уходить, ты направляешься к выходу и оборачиваешься помахать на прощанье. Все собравшиеся воодушевленно машут в ответ. Ты убеждаешь себя, что это хороший знак, – им было приятно с тобой познакомиться, – а не свидетельство всеобщего облегчения от твоего ухода.
На следующий день съемки начинаются в девять утра. Еще не придя в себя от предыдущего вечера, ты просыпаешься в половине восьмого, раньше, чем рассчитывала. Решаешь пойти поплавать. Бассейн в «Гранде» меньше, чем в «Ридженси», и более привычной формы. Ты ныряешь в воду.
Проплыв двадцать дорожек, ты замечаешь у бассейна знаменитую американскую актрису с телохранителями по бокам. Восемь утра. Ты под водой переплываешь на другую сторону бассейна. Выныриваешь, и они втроем оказываются прямо перед тобой.
– Можно тебя на минутку? – спрашивает знаменитая американская актриса.
Непонятно почему у тебя возникает ощущение, что тебя ждут неприятности.
– Наедине, – обращается она к телохранителям. – Мы будем вон там, – она указывает на два шезлонга из сорока, выстроившихся в ряд перед бассейном. Ни на одном никого нет.
Опершись на бортик бассейна, ты вылезаешь из воды. Двое мужчин смотрят на тебя на секунду дольше приличного. Хватаешь полотенце и обматываешь вокруг талии.
Знаменитая американская актриса садится на край одного из шезлонгов, а ты садишься на край соседнего.
– Только взгляни на них, – говорит она, глядя на телохранителей. Один устраивается через три шезлонга слева от вас, а второй – через четыре шезлонга справа. Оба напряженно и с ожиданием смотрят в противоположных направлениях. Больше у бассейна никого нет.
– Наверное, вчера вечером они перепугались, – отвечаешь ты. И добавляешь: – Было с чего.
– По-твоему, вчера было страшно? Ты даже не представляешь, как это обычно бывает в Лос-Анджелесе, или Лондоне, или еще где. Вчера было по-тихому. Думаю, мальчики возбудились просто потому, что до приезда сюда мы месяц провели в пустыне. Вокруг нас вообще никого не было, и им было нечего делать.
– Странно, как быстро все случилось, – произносишь ты, беря с шезлонга, на котором сидишь, еще одно полотенце и кладя его себе на колени, как одеяло. Словно пожилая дама, которая мерзнет в гостиной.
– А так всегда. Тебя замечает кто-то один, и вдруг ты видишь, как на тебя оборачиваются сотнями, и – бам! – пора валить. Как все прошло за кулисами? Ты поздоровалась за меня с Патти? Сказала, что я приходила?
– Да. Мне самой не верится, что я с ней разговаривала. Она сказала, что все понимает и рада, что ты пришла.
– Отлично. Спасибо. Мне не хотелось, чтобы она подумала, что я пропустила ее концерт.
Ты говоришь, что для тебя было честью познакомиться с Патти Смит.
Знаменитая американская актриса задерживает на тебе взгляд, а потом улыбается своей знаменитой кривоватой улыбкой.
– Я с тебя просто угораю. Ты используешь такие слова, как «честь» и все такое.
– Это действительно была честь.
– Ну, ты даешь.
Ты смотришь на актрису и видишь, что ее мысли уже далеко-далеко и думают что-то свое. Ты поняла про нее кое-что, что она старается скрыть: ее мозг никогда не спит.
– Что ты делаешь сегодня вечером? – спрашивает она.
– Я работаю где-то до семи. Значит, ты будешь работать дольше…
– Да, я сегодня допоздна.
Актриса смотрит на гладь бассейна, словно подумывая в него нырнуть.
– Я хотела попросить тебя об одолжении.
Ты пожимаешь плечами, но она не смотрит на тебя, вперившись взглядом в бассейн, и ты отвечаешь:
– Конечно.
– Ты могла бы сегодня сходить кое с кем на свидание? Он пригласил меня на ужин в восемь, но мне нужно работать, и все так сложно…
– Кто он такой?
– Долго рассказывать, – отвечает она со вздохом. – Я с ним как бы встречалась… Он немного старше, русский, любит все изысканное, если не брать в расчет пару баров в Москве, куда он меня водил. Кстати, это было круто. Бары в Москве просто потрясающие. Все пляшут на стойках голышом. В общем, в начале все было как бы в шутку, но потом он серьезно на меня запал и… – она не заканчивает предложения.
– То есть, ты хочешь, чтобы я пошла с ним на ужин и порвала с ним от твоего имени? – У тебя вырывается смешок.
– Нет, нет, нет… Дело в том, что в действительности он запал не на меня саму. Он запал на «фантазию» обо мне.
– Он запал на фантазию о том, чтобы встречаться с актрисой?
– Даже не так, – актриса изучает свой педикюр. – Он запал на фантазию о молодости. О молодой женщине, которая ловит каждое его слово.
– И как долго вы…?
– Не так уж и долго. Мы встречались в разных городах. Ужинали, все такое.
– Звучит серьезно. Наверное, это было не так просто устроить.
– Ничего такого серьезного, – отвечает актриса, но тебе кажется, что она лжет.
– Он – актер?
– Боже упаси. Он – русский бизнесмен. Очень успешный, если что.
– Значит, он в Касабланке по делам?
– Вовсе нет. Он приехал со мной поужинать.
– И ты собираешься его кинуть?
Актриса вздыхает, словно в создавшемся положении виновата ты.
