Он проснулся с восходом Солнца. Он открыл глаза и увидел голубую бездну неба.
Он проснулся с восходом Солнца.
Он открыл глаза и увидел голубую бездну неба.
Он услышал собственный пронзительный крик, свое учащенное дыхание.
Он ощутил внутреннюю пульсацию жизни, стремительный кровоток сосудов, удары сердца, сокращения мышц. И голод. Не переставая кричать, он заметил, как что-то блеснуло в солнечном свете, и в рот проникла теплая питательная смесь, потекла по пищеводу в желудок, вызывая чувство удовлетворения. Захотелось спокойствия. Тело охватила сладкая нега.
Он пролежал так некоторое время, кричать уже не хотелось, хотелось булькать. Внутри что-то неуловимо менялось, увеличивалось, вытягивалось.
Он стал рассматривать окружающие предметы, вертя головой. Заметил сферическую штуку темного цвета слева от себя. Она висела в воздухе и все время крутилась, подмигивая, и издавая различные звуки. Это его позабавило. Он засмеялся, радость переполняла все его существо, заставляя непроизвольно размахивать конечностями. Он вдруг удивленно уставился на собственные руки, на пухлые пятерни, и так и эдак поворачивая их перед глазами. Внизу, он точно знал это, есть еще пара таких же отростков. Эти выводы несколько утомили его и желудок вновь потребовал пищи. Снова извивающаяся змея проникла в рот, снова смесь утолила голод. Не успел он подумать о новой потребности, о жгучем желании, как все необходимое уже было сделано. Тело начало неметь, мир вымотал его. Очередной провал.
После отдыха его охватил нестерпимый зуд. Энергия перехлестывала через край, срочно нужно было высвободить ее. Он засучил ногами и заверещал. Голос поменялся, стал мощнее. Надоело лежать. Он взбрыкнул ногами раз, другой, третий, но земля крепко прижимала его к поверхности. Тут он сообразил, что надо перенести центр тяжести вперед. Рывок требовал тщательной подготовки, пришлось напрячься… он сел, едва не шлепнулся обратно, но удержался. Он возвысился над вселенной, он покорил первую вершину! Торжество вызвало новый всплеск положительных эмоций. Пока вестибулярный аппарат учился удерживать равновесие, он стал рассматривать принадлежащий себе мир. Хозяин.
Мир переливался всеми цветами радуги, мир смеялся, мир был живым. Все двигалось, ничто не могло задержаться на одном месте дольше секунды. Внизу была твердь. Наверху простирались небеса. Ослепительно светило солнце, оно было источником тепла, оно давало жизнь.
Он находился в некоем замкнутом пространстве, огражденном от природы белыми пластинами. Всю территорию этого пространства занимали различные предметы неизвестного назначения. Они настолько отличались друг от друга, что их нельзя было даже сравнивать, каждая вещь казалась уникальной и каждая служила какой-то своей таинственной цели. Однако не все из обстановки вызывало чувство неизвестного: серебристая змея, неподвижно повисшая сейчас на креплениях, призвана кормить его. Он проникся к ней благоговением.
Он решил, что стоит закрепить успех. Он перевернулся на четвереньки и пополз. Неважно куда, главное — двигаться, чувствовать собственную силу. Площадка, на которой он находился, была круглой, стены ее, хотя и прозрачные, возвышались тонкими тросами на пока недосягаемую для него высоту. Он остановился и сел, чтобы оглянуться. Вид ложа, с которого он удрал, заставил его вздрогнуть. Неужели он смог покрыть такое гигантское расстояние?!
Вдруг его охватила тоска одиночества. Один, совершенно один, утомленный, изможденный, не в состоянии вернуться обратно. Он заплакал, слезы потекли ручьем, глаза накрыла пелена. Мир сделался врагом, потому что безразлично смотрел на его горе. Он ненавидел этот мир, такой жестокий, холодный и внезапно посеревший. Он захлебывался от рыданий.
Он услышал странные звуки: ритмичные удары о землю. Перед ним возникло громадное существо. Страдание отошло на второй план, его место заняло удивление. Существо было во всем похоже на него — такие же пары конечностей, голова. Существо опустилось на колени, сгорбилось, стало меньше, рука потянулась к нему. Он внимательно смотрел на эту приближающуюся руку, пальцы коснулись волос, пальцы излучали тепло. Прикосновение вызвало приятную дрожь. Он успокоился. Существо подняло его, под ногами больше не чувствовалось пружинящее покрытие. Казалось, он взлетит вверх.
Тепло заставило его вспомнить об отдыхе и еде. Он снова был в безопасности и он был не один. Существо положило его в колыбель и растаяло. Но не исчезло, оно находилось где-то рядом. Это хорошо.
