Покончив с формальностями, посетители удалились, а неожиданно разулыбавшийся Глюк повернулся к братанам, подмигнул им и распрощался с Мизинчиком.
– Чего там Паша хочет? – поинтересовался Стоматолог.
– Предлагает, блин, в гонках участвовать, – Аркадий задумчиво посмотрел в окно.
– Гонки – это хорошо, – обрадовался Ортопед. – На чем гонять будем?
– Главное – не на чем, а с кем…
– Так с кем? – осведомился Стоматолог.
– С мусорками, – хмыкнул Клюгенштейн. – Ща всё объясню, только, блин, жене позвоню, предупрежу, что задержусь…
Ведущий телепередачи “Угнать и продержаться!” Николай Хаменко пристал к мирно кушавшему в кабаке отеля “Невский палас” Мизинчику совершенно случайно – просто звезду экрана подсадили к братану по причине отсутствия свободных столиков.
Сначала Хаменко немного покоробило то, что верзила его не узнал, но после пары рюмок “Петра Великого” огорчение прошло и Николай осторожно забросил удочку насчет участия братка в его шоу, суть которого заключалась в том, что герой программы должен был тридцать минут удирать от патрулей ДПС на оснащенной маячком радиопоиска машине и, если ему это удавалось, получал в собственность четырехколесное средство передвижения.
Сам Мизинчик от гонок отказался, ибо на вечер у него была назначено очень важное дело, а именно – встреча в аэропорту прилетавших из Германии друзей, однако помог своему сотрапезнику и позвонил Глюку, который после короткого обсуждения принял предложение Хаменко.
Николай потер потные ладошки, назначил время приезда героев на место съемок и тут же связался с Москвой, радостно сообщив владельцам телеканала, что договорился об участии в передаче настоящих питерских бандюганов и что цену за рекламу в этой программе можно задрать процентов на пятьдесят. Телемагнаты похвалили оборотистого Хаменко и пожелали ему успехов…
– Так, – Клюгенштейн обошел вокруг маленького универсала “Kia Rio” серо-голубого цвета, бросил взгляд на стоявшие в ряд милицейские седаны “Ford Crown Victoria”, задумчиво пожевал нижнюю губу и наклонился к невозмутимому Пыху, сидевшему за рулем своей “BMW 540”. – Коля, какая ширина у “Виктории”?
– Сейчас, – Николай Раевский перелистнул страницу автокаталога. – Тысяча девятьсот восемьдесят шесть миллиметров…
– А разгон и моща двигателя?
– До сотки – секунд за десять, мошность – двести двадцать три силы…
– Так, – Аркадий оглянулся на Хаменко, суетившегося возле автобуса с огромной тарелкой спутниковой связи на крыше и снова склонился к Пыху. – Теперь то же самое по “Киа”.
– Ширина – тысяча шестьсот семьдесят пять, разгон – четырнадцать и две десятых секунды, движок – девяносто восемь сил, – Раевский нахмурился. – Менты, конечно, козлы. И Хаменко – козел. У них, блин, запас мощности в два раза выше…
– Война, Коля, это не кто кого перестреляет, – Глюк процитировал главного героя полюбившегося ему кинофильма “А зори здесь тихие”, – а кто кого передумает… Есть у меня одна мыслишка, блин. Значит, так, сделаем следующее…
– Ну и на фига ты согласился? – спросил Ортопед, когда уселся рядом с Клюгенштейном на штурманское переднее кресло. – Блин, да как же здесь уместиться-то? – Грызлов попытался устроиться поудобнее, но у него это плохо получилось – маленький универсал калининградской сборки не был рассчитан на габариты как у Михаила.
– Не скажи, Мишель, – Глюк хитро прищурился. – Дело, блин, в принципе… Ментов укатать – святое…
– Так то оно так, – согласился Ортопед. – Но как мы, блин, их уделаем?
– Братва уже на местах, – спокойно сказал Аркадий, в последние полчаса обзвонивший половину братанского коллектива. – Общими усилиями придавим мусорков. Жаль, блин, Дини нет… Он бы еще чего придумал, – Клюгенштейн высунулся в окно и громко сообщил членам съемочной группы. – Мы, блин, пробный кружок сделаем, чтобы к тачке привыкнуть!
Прокатившись по микрорайону, откуда предстояло стартовать, Глюк и Ортопед пришли к выводу, что универсальчик не так плох, как это сначала показалось привыкшим к огромным джипам бугаям. Калининградское изделие бодро шныряло по дороге и легко вписывалось в повороты.
– А чё, нормально, блин, – Грызлов провел ладонью по пластику торпеды, когда они остановились на светофоре. – Хорошо идёт. Только вот, блин, салон узковат…
– Это нам как раз на руку, – хитроумный еврей Клюгенштейн предвкушающе улыбнулся.
Запиликал телефон.
– Да! – Аркадий поднес трубку к уху. – Ага… Так… Так… И где?… Понятно… А потом куда можно?… Так… Так… Не вопрос… И оттуда направо?… Угу… Понял… Давай! – браток отдал мобильник Ортопеду. – Всё пучком, пацаны готовы…
Паниковский, поставивший свой черный “Peugeot 607” на самом краю откоса, за которым начинался огромный пустырь, повернулся к расслабленно курящему Ди-Ди Севену:
