— Да, как будто песок под линзу попал, придётся снять. — Что он и делает, убирая линзы в контейнер. А я протягиваю ему детские салфетки, которые всегда лежат у меня в сумке.
— Вот, протри глаза, они успокаивающие.
— Спасибо. О, лавандовые салфетки, первый раз вижу. Где такие купила?
— В детском магазине продаются. — Говорю я, и через секунду готова откусить себе язык.
Матвей заканчивает процедуру, и смотрит на меня своими сине-фиолетовыми глазами, в которых читается тревога и волнение.
— Ты успокоилась уже? — Спрашивает он, и, увидев, что я киваю, продолжает. — Я слышал последнюю часть вашего разговора, слышал, что он тебе сказал. Не бойся, не переживай, ничего он тебе не сделает, он уже в тюрьме.
— Спасибо тебе. — Говорю я, и складываю салфетки обратно в сумку.
И тут понимаю, что меня начинает клонить в сон. Всё предыдущую ночь мы добирались до Бодрума, спала я очень мало. И сейчас, после пережитого стресса, мне ужасно хочется спать. Я сама не замечаю, как глаза мои закрываются, а голова опускается на плечо Матвея. Мое сознание пронзает последняя мысль: ах, как же от него пахнет лавандой. И я погружаюсь в сладкий сон.
Я уже не слышу, как он нежно гладит меня по щеке, проводит рукой по моим волосам, и тихо шепчет мне на ухо: «Марго, моя красавица Марго».
Матвей
Прямо перед самым вылетом мне удаётся убедить Марго, чтобы не вызывала своего отца в аэропорт. Я сам отвезу её домой.
Девушка сладко уснула на моём плече. Её тихое дыхание щекочет шею и будоражит мысли. Во сне она шепчет что-то бессвязное и улыбается. Я провожу рукой по её щеке и убираю непослушную прядку. Я смотрю на ее лицо, освещенное мягким ночным светом в салоне самолета, и думаю о том, как же она прекрасна. В его голове начинают мелькать воспоминания о всех тех моментах, которые мы провели вместе. Я вспоминал, как впервые встретил ее, как впервые поцеловал. Ох, что-то с этой девушкой я стал очень сентиментальным, не к добру все это.
Краем глаза вижу, что Игорь наблюдает за мной. Надо было ему рассказать всё в самом начале, чтобы не задавал мне вопросов, все-таки он не чужой мне человек.
— Матвей, я тебя никогда таким не видел, ты просто сияешь.
Я не отвечаю на его вопрос, а просто передвигаюсь ближе к девушке, и тоже закрываю глаза.
Перед посадкой нас будит стюардесса, а потом я сам везу Марго из аэропорта. Мы подъезжаем к её дому, я выхожу из машины, открываю перед ней дверь, как прямо перед калиткой включается яркий свет, и выходит её отец. Я с ним знаком, мы встречались на подписание документов по продаже отеля, он тоже там присутствовал. Мы с ним быстро здороваемся, и я говорю.
— Ренат, вот, доставил вашу дочь в целости и сохранности.
— Спасибо, Матвей. — Говорит он, и внимательно смотрит на меня каким-то странным взглядом. Я уже предвижу его следующий вопрос.
— Какой необычный цвет глаз, Матвей. Очень знакомый, вот только не могу вспомнить, где я его видел. — Отвечает Ренат, а я вижу, как Марго нервно посматривает, то на меня, то на отца.
И тут, неожиданно, девушка приходит мне на помощь, она помнит, как меня раздражают любые вопросы о моих глазах.
— Папочка, это у Матвея Александровича такие линзы. Пошли в дом. — Быстро говорит Марго, пытаясь увести своего отца.
— Иду, дорогая моя. О! Вспомнил! Точно! А я вот знаю человека, у которого такой цвет глаз настоящий от рождения, — говорит мой отец, всё ещё рассматривая Матвея.
— Спасибо вам, Матвей Александрович, что довезли меня. — Марго устало улыбается.
— Не за что, Маргарита Ренатовна. Завтра выходной, а в понедельник я жду вас на работе. — Отвечаю я, как можно официальнее.
Мы прощаемся, и отец уводит Марго в дом.
Маргарита
Сегодня воскресенье, и мы с Алиной решаем съездить на пляж, погулять с нашими детьми. У Артёма как обычно много работы, поэтому мы едем одни. Мы располагаемся в уединённой бухте, в которую я часто приезжаю одна с двойняшками. Мои крошки спят, а Алинина дочка вовсю уже ползает по песку, Анечка старше моих малышей всего на четыре месяца.
— Ритуль, ну как ты держишься?
— Не волнуйся за меня Алина, всё у меня хорошо, со мной же мои булочки. — Улыбаюсь я, кидая нежный взгляд на малышей.
— Это замечательно, что у тебя такой хороший настрой. — Радостно говорит Алина. — Тем более ты сейчас вышла на работу. Артём рассказывал, что Матвей очень требовательный и строгий начальник. Он тебя так работой завалит, что и думать о плохом не будет времени.
— Артём Матвея давно знает? — Спрашиваю я, стараясь не выдать своего любопытства.
— Очень, они же одноклассники, вроде дружили класса с пятого. Мне Артём рассказывал, что Матвей очень серьёзный человек, большой бизнесмен, у него несколько отелей. Он недавно продал очень прибыльный отель в центре Парижа и купил наш. Еще есть отел в Турции, и там ты только что побывала.
— А почему он продал тот отель? — Интересуюсь я слишком явно.
