Семья была беднее не придумаешь, в классе её избегали и старались даже рядом не садиться, смеялись над ней, девушки делали брезгливое лицо, парни намекали на её мать проститутку, проводили параллели с Таей и так далее. Надо ли говорить, что она ни с кем не дружила. Несмотря на всё это, девушка пошла в старшие классы школы и училась на удивление хорошо.
— Привет, Тая. А чего тебя в школе не было?
Девушка оттолкнулась от стены и подошла к нему: — Дед приболел, я скорую вызывала, сейчас нормально. А я у тебя хотела задания узнать на завтра.
— Пошли, дам, — вздохнул Миша и стал подниматься этажом выше.
Так продолжалось все две недели. Она каким-нибудь способом напрашивалась к нему домой и сидела до вечера, не стесняясь даже, когда мама стучала ключами в двери, приходя домой.
Они разговаривали, чаще смотрели телек, делали уроки, не было скучно, но выгнать он её никакими силами не мог, да и язык бы не повернулся. Она выглядела какой-то жалкой, худенькой, маленькой. Он догадывался, что натерпелась она в жизни немало, зачем же ещё унижать, и поэтому терпеть не мог, когда девчонки или парни устраивали травлю на неё.
— Я печенье испекла, хочешь, угощу? — просияла она лицом и поскакала к себе в квартиру за тарелкой. Он заметил, что она была в одних комнатных тапочках на босу ногу.
Открыв тамбур и оставив дверь открытой, Миша зашёл к себе в квартиру и кинул сразу рюкзак в угол за дверь. Квартира была крохотной: одна комната, кухонька, ванная с туалетом и почти не было коридора. Он спал на маленьком раскладном диване, мама на кровати. Мебели было немного, но она всё равно занимала всё свободное пространство.
Тут сзади прилетела Тая с печеньем и быстренько зашла, захлопнув дверь.
Девушка была настолько худа, что казалось, у неё совсем нет груди, а на лице только острый нос и печальные колючие карие глаза. Волосы короткие и светлые — она была натуральной блондинкой.
— Ничего, если я поставлю чай? Ладно? — спросила она, в своей манере склоняя чуть-чуть на бок голову, внимательно глядя, будто пытаясь определить, в хорошем ли ты настроении.
— Ладно, — кивнул Миша, доставая из шифоньера домашнюю рубашку и спортивные штаны. Пока он в ванной переодевался, Тая уже приготовила чай и тарахтела ложкой о кружку, размешивая сахар в ней.
— Садись, ешь, хочу услышать твоё мнение.
— Ты ещё и кулинар-кондитер? — посмеялся он.
— Если честно, мечтаю им стать.
— А чего тогда не поступала в колледж после девятого?
— Сейчас только после одиннадцатого.
Миша с удовольствием ел печенье, предлагал ей, но девушка только с восторгом глядела, как он быстро, с аппетитом сметал всё до крошки. Тая с Мишей сделали уроки, в алгебре и геометрии у неё прилично работала голова, но она явно стеснялась выделяться, поэтому не признавалась в этом. А вот русский хромал, как и все остальные гуманитарные предметы, кроме литературы. Её она любила и много читала. Миша наоборот был гуманитарием и хотел подтянуть Таю, вместе занимаясь. Надо сказать, у него получалось, вот только на уроках, когда её спрашивали, она молчала, даже если знала всё отлично, потому что весь класс замирал, слушая и смеясь, как отвечает Синёва. Поэтому она выезжала на письменных работах, за них были хорошие оценки.
К вечеру они смотрели по телевизору передачу про животных пустыни Гоби, и вдруг Миша вспомнил о приглашении Олега. Тая бегала смотреть, как там дед, тот чувствовал себя отлично и требовал не мозолить глаза, а дать отдохнуть. Иначе — девчонка должна была убираться куда угодно. Дед у неё был та ещё личность, Тая признавалась как-то, что много раз сидела на грязной лестнице в подъезде только потому, что он её выгонял, не интересуясь, где она будет пропадать несколько часов.
— У тебя когда день рождения? — спросила она неожиданно, нервничая.
— Представь себе, завтра, — Миша прикидывал, можно ли с собой к Олегу взять Таю. Наверняка нет, над нею же все станут издеваться. Хотя, если сказать, что она его друг, может, не осмелятся?
— Правда? — вскричала она. — У меня тоже!
— Восемнадцать? — удивившись, спросил он.
— Да. А тебе?
— Тоже, — кивнул он. — Хотел тебя спросить, пойдёшь со мной сегодня в гости? Я к Олегу Роторову иду домой, и тебя приглашаю с собой, будешь моей девушкой на сегодня, хоть и маловата ты ещё.
Тая молчала, склонив голову, не шутит ли он? Он её приглашает?
— Я бы хотела, если ты не шутишь. Конечно, надо мной там будут смеяться, ты должен знать об этом. Я бедная, потому меня и не любят, — сделала странный вывод Тая.
Миша поднял брови: — А при чём здесь то, что ты бедная? Глупости, просто они все дураки, а со мной, если пойдёшь, пусть только попробуют над тобой посмеяться. Я их в порошок сотру, — разозлился Миша.
Тая засмеялась, а потом вмиг посерьёзнела: — Я не хотела бы, чтобы из-за меня тебя побили, иди сам.
— Нет уж, хочу с тобой пойти. Ты же никуда не ходишь?
Она молчала, опустив глаза: — Всё из-за моей матери, она проститутка, все ждут этого и от меня.
Девушка неосознанно говорила сквозь стиснутые зубы.
— Вот и пойдём со мной, я обещаю, всё будет нормально, посмотришь!
