Когда ты волею судьбы остаёшься один на один с чудовищами, заполнившими твой дом. Когда твоим единственным и верным другом остаётся только меч. Когда твой единственный союзник покидает тебя в самый ответственный момент! Ты обретаешь непреодолимую для чудовищ броню, и начинается битва!..
С лязгом провернулся ключ в замочной скважине, и я, повернувшись спиной к двери, прислушался к тревожной тишине ставшей вдруг огромной квартиры. Так было всегда, когда я оставался дома один. Коридор, словно по чьему-то злому хотению, увеличивался, становился длиннее и шире, и если раньше вход в зал был рядышком, то теперь до него было неимоверно далеко! И мало того, что до зала было идти и идти! До него надо было дойти, минуя дверь в кухню и дверь в комнату, где, наверное, уже притаились…
Да не, ерунда!.. Слишком для них рано! Ещё даже не стемнело, и в квартире светло. Ну а если светло, то ОНИ ведут себя осторожно, по крайней мере до того времени, пока не стемнеет на улице. Когда же за окном становится темно, то вот тогда всё!.. Как говорится: «Туши свет!» Начинается самое веселье. А пока красота! Тихо. Никого не видно и не слышно. Тяжело вздохнув над своими горестными мыслями, я решительно направился на кухню, стараясь не обращать внимания на ожившие тени, которые, как я уверен, призваны для того, чтобы за мной следить.
На кухне стало повеселее. Я засунул в микроволновку здоровенный кусок яблочного пирога и под её мерное жужжание думал о том, что мама, наверное, чувствует себя виноватой за то, что им с папой приходится меня оставлять одного. Поэтому, перед каждым своим уходом, мама старается оставить для меня чего-нибудь вкусненького, чтобы мне было не так скучно одному.
Брякнула колокольчиком микроволновка. Я осторожно вытащил из неё пирог, устроился поудобнее за столом и, втянув в себя его обалденный запах, забыл на время о том, что мне предстоит пережить. Уже не один раз замечал – когда передо мной стоит мамин пирог, всё в мире может подождать. Занят я! И пока не съем его, ни на что реагировать не могу, даже если вокруг меня будут бесноваться самые страшные монстры из фильмов, которые успел посмотреть за свою недолгую жизнь. Подождут!..
Пока ел, прошло время, и хотя на улице было ещё не совсем темно, на столбах зажглись фонари и забросили в окно зыбкие, шевелящиеся светлые пятна, которые, как живые, стали расползаться по стенам квартиры.
– Ну что же, пора! – произнёс вслух для того, чтобы услышать собственный голос, так как где-то там, внутри меня, стала подниматься липкая волна страха от горького чувства одиночества. Встал из-за стола, постоял, прислушиваясь к гулкой тишине пустой квартиры, а потом нарочито медленно взял лежащий на плите меч, взмахнул им и громко сказал:
– Я иду! Поберегитесь!.. – и, коротко выдохнув, медленно направился из кухни в коридор. Теперь, главное, включить свет в коридоре, тогда сразу же станет легче, ЭТИ на свет не выбираются, боятся они света.
Выглянул из кухни и быстро осмотрелся. Всё вроде в порядке, но я буквально всей кожей чувствовал, как где-то там, в глубине квартиры, в самых темных её уголках, пробуждаются ото сна злобные твари; как они расправляют свои щупальца и разевают огромные, унизанные клыками пасти. Они готовятся к охоте!..
Я зябко передёрнул плечами. Ну вот, почему я никогда сразу не включаю свет?! Почему жду, когда начнёт темнеть? Почему сам себе усложняю собственную жизнь? Непонятно!..
Ладно, хватит гадать, «почему да почему», пора начинать! И стремительным рывком, преодолев расстояние до входной двери, щёлкнул выключателем. Вовремя это я… вон, нескольких дыроглазов спугнул. Шарахнулись они от света кто куда! Всё-таки это здорово, что папа переместил почти все выключатели пониже, а то раньше мне, чтобы включить свет, приходилось прибегать к помощи табуретки.
Заглядывать под тумбочку, под которую забился один из дыроглазов, не стал, всё равно не увижу. Но он там есть, я это знаю точно! Дыроглазы мелкие, лохматые и с виду безобидные пакостники. Единственное, что они могут, так это двигать мелкие вещи в самый неподходящий момент. Укусить они, наверное, тоже могут. Несколько раз видел, как в их вытянутых крысиных мордочках поблёскивают небольшие зубки. Поэтому благоразумно не толкал руки в те места, где они прятались, так что не знаю, насколько сильны их челюсти.
Постоял некоторое время возле входной двери, прислушиваясь к невнятному шёпоту проснувшегося страха, и направился в свою комнату. Пока совсем не стемнело, надо почистить там. Остановился в дверях комнаты и, прежде чем зайти, внимательно её осмотрел.
