Ширина угла зрения сжалась до узкого туннеля, в котором маячил злодей, все остальное – серый мрак. Звуки пропали, мир вокруг замер, словно испугавшись перестрелки.
До него метров двадцать, отчетливо виден пиджак и светлая рубашка, лица нет, только ствол.
Это уже потом пришел жуткий ледяной страх, а в момент стрельбы не было совсем никаких эмоций. Голова чистая и ясная, как на прогулке в весеннем лесу.
Анаконда, хитрожопый, присел на землю сгорбившись. Пушку тоже вытащил, но не стрелял. Как бы чего не вышло. Проявились крысиные черты.
Здесь надо сделать небольшое отступление.
Крысы – интереснейшие существа. Крысолов – одна крыса, выжившая в боях с другими за свою жизнь. Его выводят так: сажают в железную бочку десяток крыс, без еды и воды. Через две недели остается одна. Единственная оставшаяся в живых крыса убивает и съедает остальных. Она сходит с ума и может только убивать, как зомби, или как Терминатор, если хотите. После берут эту крысу и пускают в крысиную нору. Она бежит по ходам норы и убивает всех крыс, встречающихся на пути. Так продолжается до момента ее смерти, от зубов других крыс или от потери всех сил.
Однажды Королев с напарником сидели ночью в патрульной машине недалеко от продовольственного рынка. Дело было ранним утром, солнце еще не думало вставать, и они мирно дремали, в полусне чутко слушая рацию. Вдруг что-то разбудило Сергея. Что-то незримое и неслышное. Он автоматически выглянул из окна машины и увидел нечто. Снизу, там, где должен был быть асфальт, простиралась серая река. Мягкие, пушистые шкурки, кто больше, а кто меньше, бежали, нет, не бежали, текли молча в одном направлении. Ни шороха, ни писка, лишь одно большое меховое одеяло раскинулось вокруг. Оно в движении огибало мусорные бачки и автомобиль, двигаясь в направлении, известном только ему.
Сергей, как завороженный, смотрел на их мягкие симпатичные спинки. Большие, средние и совсем маленькие, они текли в одну сторону, наверное, туда, куда их звал крысиный король.
Считается, что после атомной войны, чудовищной катастрофы останутся только тараканы и крысы. И еще, похоже, останется Анаконда.
Но вернемся к нашим героям. Бугаев напрасно испугался возможной ответственности. Здесь было все законно. Железобетонно законно.
Вдруг под шум выстрелов седой мужик неожиданно падает на правый бок, сворачиваясь в позу эмбриона.
Стрелять сразу перестали. Медленно, на ватных ногах подошли к лежащему. Его пистолет валялся далеко от тела, метрах в семи. Кровищи было очень много, он кряхтел, уставившись в одну точку.
Откуда ни возьмись появляется несколько патрульных машин с включенными мигалками. Приезжает скорая помощь и забирает раненого внутрь, но отчего-то не уезжает. Ждет. Появляется синий микроавтобус с надписью «Прокуратура», а за ним другой, тоже синий с тонированными стеклами – «Петровка, 38».
Скорая уезжает. Концерт окончен. Чтобы успокоиться и начать видеть и слышать вокруг, Чиша идет собирать гильзы. Все равно придется. Коричневые блестяшки прячутся в сочной зеленой траве. Он вспоминает, как ходил с дедом по грибы, и это приводит его в чувство окончательно.
Позже все выяснилось. Человек этот был в розыске в Молдавии за двойное убийство. Чебурек выстрелил восемь раз и попал одной пулей в живот злодею, полностью опустошив свой магазин. Чиша успел шесть. Два еще оставались. Анаконда так и не выстрелил.
На следующий день начальник отдела собрал весь коллектив, где в официальной обстановке поздравил Стаса Бояркина и вручил ему грамоту и медаль, тихо приговаривая: «Бери, бери, дорогой, мне для тебя говна не жалко». Вот с таким юмором был человек. Кстати, весьма неплохой.
Круговорот продолжался. Кино крутилось на полную катушку, жизнь ребят наполнялась смыслом и значимостью.
Говорят, бывалые воины, привыкшие сражаться на поле брани, возвращаются на войну снова и снова, пока их не убьют. Может, правда?
После постоянных погонь, досмотров и захватов, в том числе мирных и ни в чем не виноватых граждан, Чиша начал заморачиваться. Он и так всегда был слишком мнительным, а тут еще и поводов хватало. Хотя, конечно, лес рубят – щепки летят. Но это мало успокаивало. Алкоголь тоже перестал помогать. Не добавляли оптимизма и совсем не относящиеся к нему случаи, которые все же имели место.
Как-то раз, после работы Сергей приехал к родителям погостить. Впереди светили два безмятежных выходных, и ровным счетом ничто не предвещало заморочки.
Спать долго не ложился, не хотелось. На душе было тревожно. Впрочем, как всегда.
