А теперь... Я боюсь идти в любимое место всех нью-йоркцев и еще хуже, я не могу
представить во что превратился мой любимый зоопарк. Там было столько зверей и птиц. Я
знаю, что они не выжили.
И да, кто-то смог вырваться из своих вольеров, кто-то был достаточно силен, чтобы дать
отпор только-только начавшим обращаться людям, но только вряд ли львам и тиграм удалось
это сделать ночью, когда чудовища похожи на гигантскую саранчу.
Вряд ли птицам с подрезанными крыльями удалось взмыть в воздух. Молчу про пингвинов.
Я подошла к краю, не беспокоясь за индивевшую поверхность крыши. Тут теперь все посыпано
песком и занято солнечными батареями. Включаем их в основном днем, чтобы они нагревали
квартиру, готовили нам завтраки и показывали фильмы.
К нам в дом пришла цивилизация, идиллия и секс. Но как я говорила раньше не бывает все
очень хорошо, как говорил кто-то:
“Слишком хорошо, тоже нехорошо!”
Это про нас. С приходом всех этих плюсов, как водится пришли и минусы.
Я не стану говорить про следующие две недели и два дня моей параноидальной паранойи. Это
официальный диагноз того, что творилось со мной в тот период. Стоило один раз
запаниковать, не вовремя выпить таблетки от беременности и понеслось.
Организм, подсознание, женская дурость. Что хотите! Я вспомнила все, что когда-либо слышал
о предвестниках беременности.
Мне нереально сильно хотелось соленых огурцов и ниоткуда-нибудь, а именно из дубовой бочки
и со смородиновым листом. Какая к черту клубника?
Я грозила массажем ног и у меня реально стали болеть ноги.
Я то и дело прислушивалась к себе, хотя умом прекрасно понимала, что за такой короткий
период я не могу чувствовать ничего.
Цирк, да и только.
Ноги, живот, огурцы, утренняя тошнота, а потом все пришло в норму. Я пожалуй еще никогда
так не радовалась наступлению женских дней, как в тот день. Крики монстров за окном
раздавшиеся через несколько минут сильнее прежнего не испортили моего счастья и вздоха
облегчения.
И ещё Раф. В один прекрасный день, а если быть точной, то через два дня после начала секса
(как мило это звучит) он исчез.
Я очень хорошо запомнила этот день. В доме было тепло, светло и пусто.
Он сделал все, что обещал: подсоединил солнечные батареи, спустил с крыши кабель и
заставил их накапливать заряд по максимуму каким-то хитрым способом, с помощью
дополнительной штуковины, небольшой темной коробки.
Собрал электрический клинок из аккумуляторов, тонких проводков, кухонного ножа, скотча и
палки, выструганной в удобную рукоять. Я теперь не расстаюсь с ним стоит мне выбраться на
улицу, без сопровождения Джейка. Последнего это кстати немного злит.
Раф научил играть меня в шахматы. Ну, ладно! Как научил... Мне еще нужна была практика, но
я все-таки запомнила как ходят фигуры и даже смогла планировать какие-то нехитрые
комбинации.
Он не оставил записок, писем, каких-то других посланий. Приставку с картриджами я не
считаю таковым, это так, последний знак внимания мне.
Не сказать, что это было обидно. Было пиздец, как обидно. Мне казалось, что мы
подружились. Мне казалось, что ему хорошо в Нью-Йорке. Но видимо туристическое
паломничество закончилось и он отправился обратно в Луисвилл, а может дальше по побережью.
Какой там следующий город, что изобилует достопримечательностями?
- Вашингтон, - проговорила я себе и вздохнула, швырнув вниз невесть откуда взявшийся
камешек.
Сбросила его вниз и посмотрела за его полетом, замерев. Там внизу кто-то был. Это был
человек и, если меня не подводят глаза, то это был Раф.
- Раф! Рафаэль! - крикнула я вниз, но он меня не услышал или сделал вид.
Всего секунда промедления и я бросилась вниз, в рекордно быстрые сроки преодолевая
ступеньки до лебедки с тросом, быстро опуская его вниз, едва удержалась от того, чтобы не
повторить трюк Джейн Портер[1].
Это было бы лихо и наверняка смертельно. Я смотрю вниз и теперь уже не вижу там никого.
“Алекс, иди домой и возьми револьвер! А еще лучше разбуди Джейка и расскажи ему обо всем!”
Нет. Его я будить не стану.
Я уверена, что внизу был Раф и никто другой. Его фигуру и макушку я не спутаю ни с чьей
другой. Пока они вешали эти штуковины на стены я в достаточной мере насмотрелась на него и
на Джейка сверху.
Дело в другом. Я помню то ощущение между двух огней, это непрекращающееся пикирование, в
мужском мире это называется “стеб” и те взгляды которые на меня бросал Раф.
Я наверное очень многое на себя беру и слишком высокого мнения о себе, но считаю, что моя
женская интуиция права и я видела в его глазах что-то вроде сожаления.
Да, черт с ним с сожалением! Он выходит живет здесь где-то неподалеку и прячется?! Почему?
Я взялась за трос.
“Алекс!” - внутренний голос завопил, странно напоминая при этом Джейка, но я его не
слушала, отмахнулась и полезла вниз, как была в джинсах и футболке на голое тело.
Алекс в третий раз прошлась по небольшому участку улицы, осматриваясь и … принюхиваясь.
Именно! Принюхиваясь!
Аромат знакомого парфюма пусть и слабо, но все же витал в холодном воздухе. По телу
прошелся озноб, Алекс потерла плечи.
Как она полезет обратно в домашних тапках?
