Словно завороженная, Вера отбивала ладонью непривычный ритм, а когда песня закончилась, тихо попросила:
– Еще.
– Только учти, я не певец и не душа компании. Так что репертуар мой не только случаен, но и крайне ограничен.
– Пой все, что знаешь.
Алексей спел и «Солнечный ветер» из любимого фильма дяди Вити «Дальний форпост», и «Падающие звезды» замечательного поэта и лучшего пилота флота «Юг-один» Ивана Демчука, и еще много других, пока взгляд его не упал на браслет, показывавший время комбинацией цветовых точек.
– О… А время-то уже… Постелить вам в гостевой или вызвать такси?
– Неужели я не интересую тебя как женщина? – Глаза ее словно полыхнули зеленым огнем.
Алексей сделал шаг и присел на одно колено, так, чтобы оказаться глазами вровень с Калининой.
– Проблема в том, что я совершенно не интересую вас.
– Отчего же такой смелый вывод? – Певица слегка наклонила голову и чуть шевельнула высокой грудью.
– Дыхание ровное, зрачки сужены, кожа холодная. Констатируем полное отсутствие даже спортивного интереса. Полагаю, что вам мужики надоели еще до моего рождения.
Вера резко встала, едва не сбив Алексея.
– Пожалуй, я все же вызову такси.
Получасом позже она, словно разъяренная кошка, металась по комнате перед расслабленно сидящим в кресле си[42] Кенном им Арадо.
– Я тебе это припомню! Меня давно так не подставляли!
– Но, Вера, – попытался урезонить ее алатский офицер. – Ему всего двадцать пять лет. Генные пробы подтверждают. Я не понимаю, как он мог тебя отшить.
– Я не знаю, какие там пробы вы брали и у кого, но опыта у этого, как ты говоришь, мальчика на трех таких, как я, хватит!
– Не переживай так. – Си Кенн бросил на столик перед собой небольшую карточку. – Твой гонорар не пострадает. – Он молча накинул широкий плащ, шагнул к выходу и, обернувшись, бросил через плечо: – Все же жаль, что тебе не удалось затащить этого мальчишку в койку. Похоже, теряешь хватку.
– Да пошел ты! – взъярилась Вера, чуть не испепелив алата взглядом.
