Он вскрикнул от облегчения, когда "Беллатрикс", длинный и яркий флагман Адмирала-Генерала Хала Самду, прорвался сквозь облака кричащих птиц. По трапу спустились два человека и вынесли тяжелый деревянный ящик. "Беллатрикс" взмыл вверх и через несколько секунд исчез.
Чан Деррон никогда не видел прежде доктора Элероида, но он узнал ученого, чей портрет имелся в учебниках по геодезии. Элероид был высоким, несколько неуклюжим, медлительным человеком с красным нервным лицом гения. Но что до глаз - они были бы, скорее, к лицу булочнику или бармену. Однако эти глаза, широко посаженные и глядящие сквозь толстые стекла очков, обладали магнетической силой гения.
Элероид по-прежнему боялся. Это было очевидно из того, как он встревоженно озирался на острове, из того, как он вздрогнул, когда помощник в белом облачении дотронулся до него, из облегчения, проявившегося на широком лице, когда Чан подошел к нему.
- Рад вас видеть, капитан. - Голос оказался густым, но шепелявым. Где склеп? Мы должны спешить!
Чан указал на дверь, замаскированную под каменную плиту, и вернулся, чтобы помочь маленькому, тяжело дышащему помощнику с ящиком. Доктор Элероид очень встревоженно посмотрел на них и затем помог им спустить ящик по узкой лестнице. Чан заметил на руках ассистента красную сыпь. Внезапно тот начал чихать и закрыл лицо носовым платком. Макс Элероид властно указал на лестницу.
- Вы останетесь на страже, капитан. - Голос его дрожал от напряжения. - Мы запрем помещение. Я позову вас, когда все будет закончено. - Затем он коснулся руки Чана Деррона. - Несите караул бдительно, капитан, - взмолился он, - потому что на карту, возможно, поставлена безопасность самой Системы.
Массивная дверь захлопнулась. Чан отодвинулся, и птицы уселись снова. Море, скалы и небо были пустынны, как и прежде. Южный ветер пронизывал до костей, северное солнце грело слабо. Он дрожал, шагая взад-вперед.
Он пытался уверить себя, что мрачные предчувствия не имеют под собой оснований, и тут что-то коснулось его. Вначале он подумал, что его задела крылом птица. Затем почувствовал странную легкость на поясе, и его натренированная рука быстро метнулась к кобуре. Бластер исчез! Он изумленно озирался. Скалы, море и небо по-прежнему были зловеще пусты. Где оружие? Он не мог найти ответа. Птицы кричали, словно издеваясь над ним. Это означало опасность - враждебное действие неизвестного агента. Но как ему это удалось? Сторожевой флот Самду, должно быть, где-то неподалеку в этом сером небе. Он может связаться с Адмиралом-Генералом...
Однако из маленького черного диска коммуникатора, висевшего на шее, уже доносился гудок вызова. Он нашел кнопку приема и прижал прибор к уху.
- На помощь! - Это был Макс Элероид. - Этот человек... он не...
Послышался странный шум, и затем коммуникатор замолк.
АДЕКВАТНАЯ УЛИКА
То же самое тревожное сообщение было получено флотом. Когда "Беллатрикс" приземлился менее чем час спустя, Чан Деррон был найден бесцельно бродящим среди скал.
- Мой бластер исчез! - прохрипел он, обращаясь к Адмиралу-Генералу. Если бы он не пропал, я смог бы прорезать себе путь и прийти на помощь!
- Где ваше подземелье? - спросил старый бывалый космонавт. Его громадное некрасивое лицо было пепельно-серым, а встревоженные движения больших, покрытых шрамами рук уже растормошили уставную прическу белых волос. - Мы посмотрим.
Чан показал на едва видимый шов.
- Заперто. - Голос его дрожал - это было следствием того страшного часа, который он провел в ожидании. - Элероид запер дверь изнутри. Придется резать пердьюрит.
- Если удастся... - Хал Самду стиснул покрытые шрамами кулаки, мучительно размышляя, какое принять решение. - Если бы только здесь был старый Жиль Хабибула! Это был для нас просто подарок во все, что касалось замков. Но сейчас он на Фобосе, отделен от нас Солнцем и он сидит за столом Джона Стара и пьет вволю. - Он покачал головой. - Я даже не знаю точно, что он делает.
- Мы не можем ждать, сэр, - поторопил его Чан Деррон. - Я боюсь даже подумать о том, что могло случиться в этом помещении. У вас на корабле есть оборудование, которое могло бы вскрыть этот подвал?
Голос его утонул в спазме отчаяния...
Огромный легионер наклонился и ухватился за выступающий угол плиты, который служил замаскированной ручкой двери, уперся каблуками в камень, словно намереваясь взломать ее силой одних лишь мускулов, и потянул на себя. И дверь легко открылась.
Хал Самду выпрямился и мрачно посмотрел на Чана.
- Заперто, говорите?
Чан Деррон изумленно попятился, и черный ветер ужаса холодком тронул его сердце.
- Она была заперта! - прохрипел он. - Я проверял!
Однако в синих глазах Адмирала-Генерала уже поселилось сомнение. Большая ладонь осторожно опустилась на рукоять протонной иглы, и он указал на безоружного Чана.
