Никаких иллюзий. Я знаю, как выгляжу в глазах окружающих. Юная, получающая государственное пособие беременная мама. Они видят Люси, обхватившую ногами мои бедра, и думают, что это оплошность. Ведь зачем кому-то заводить ребенка в столь юном возрасте, верно? Но это неправда. Большую часть дня я занята, воспитывая детей, работая и учась на последнем курсе в школе медсестер, чтобы обращать внимание на осуждающие взгляды до тех пор, пока он не переезжает в пустующий дом рядом с квартирой, в которой я живу. Его надменное, откровенное наблюдение за нами ничем не отличается от взгляда любого другого незнакомца. Он не знает меня, но уже составил собственное мнение. Он осуждающе смотрит на мой объемный живот, неспособность Люси оставить его в покое, мешки у меня под глазами и тот факт, что я не забочусь о своем внешнем виде. Он грубый. И не меняется на протяжении нескольких месяцев. Но затем, что-то меняется, не знаю, что именно. Осуждающий парень решает, что Люси, я, а также малыш Элай достойны его дружбы. Оказывается, злобный парень не такой уж и злой — ладно, возможно, он все еще злобный. Но из безымянного он превращается в Элайджи. У нас с ним завязывается маловероятная дружба, которая приводит к тому, что он становится дружелюбным со мной и моими детьми. Я ошибалась. Элайджа не груб. Он наводит ужас. Его странные проявления доброты выводят меня из себя. Но Элайджа становится моим другом. Верно? Ох, помадка. Кажется, я ошибаюсь. Снова.
Мишель Гросс
«Один процент тебя»
Аннотация
Никаких иллюзий. Я знаю, как выгляжу в глазах окружающих. Юная, получающая государственное пособие беременная мама. Они видят Люси, обхватившую ногами мои бедра, и думают, что это оплошность. Ведь зачем кому-то заводить ребенка в столь юном возрасте, верно? Но это неправда. Большую часть дня я занята, воспитывая детей, работая и учась на последнем курсе в школе медсестер, чтобы обращать внимание на осуждающие взгляды до тех пор, пока он не переезжает в пустующий дом рядом с квартирой, в которой я живу.
Его надменное, откровенное наблюдение за нами ничем не отличается от взгляда любого другого незнакомца. Он не знает меня, но уже составил собственное мнение. Он осуждающе смотрит на мой объемный живот, неспособность Люси оставить его в покое, мешки у меня под глазами и тот факт, что я не забочусь о своем внешнем виде.
Он грубый. И не меняется на протяжении нескольких месяцев. Но затем, что-то меняется, не знаю, что именно. Осуждающий парень решает, что Люси, я, а также малыш Элай достойны его дружбы.
Оказывается, злобный парень не такой уж и злой — ладно, возможно, он все еще злобный. Но из безымянного он превращается в Элайджи. У нас с ним завязывается маловероятная дружба, которая приводит к тому, что он становится дружелюбным со мной и моими детьми.
Я ошибалась. Элайджа не груб. Он наводит ужас. Его странные проявления доброты выводят меня из себя. Но Элайджа становится моим другом.
Верно?
Ох, помадка. Кажется, я ошибаюсь.
Снова.
Содержание
Аннотация
Пролог
Глава первая
Глава вторая
Глава третья
Глава четвертая
Глава пятая
Глава шестая
Глава седьмая
Глава восьмая
Глава девятая
Глава десятая
Глава одиннадцатая
Глава двенадцатая
Глава тринадцатая
Глава четырнадцатая
Глава пятнадцатая
Глава шестнадцатая
Глава семнадцатая
Глава восемнадцатая
Глава девятнадцатая
Глава двадцатая
Глава двадцать первая
Глава двадцать вторая
Глава двадцать третья
Глава двадцать четвертая
Глава двадцать пятая
Глава двадцать шестая
Глава двадцать седьмая
Глава двадцать восьмая
Глава двадцать девятая
Глава тридцатая
Глава тридцать первая
Глава тридцать вторая
Глава тридцать третья
Глава тридцать четвертая
Глава тридцать пятая
Глава тридцать шестая
Глава тридцать седьмая
Глава тридцать восьмая
Глава тридцать девятая
Глава сорок
Глава сорок первая
Глава сорок вторая
Эпилог
Пролог
Хэдли
Прижимая сумку к боку, очень энергично поднимаюсь по ступенькам, возвращаясь домой с работы. Обычно, после двенадцатичасовой смены в доме престарелых я еле передвигаю ноги. Наша квартира находится на третьем этаже. Обычно я стараюсь добраться до кровати, чтобы поспать пару часов до того, как встанет Люси. У меня постоянный недосып из-за работы на полную ставку, учебы в школе медсестер и роли мамы маленькой Люси. Но сегодня все было по-другому. Я снова сжала сумочку с сияющим лицом, вспоминая свой разговор с Джорджи на работе.
— Ну? — Джорджи вскинула бровь, когда я вышла из одной из двух туалетных кабинок на работе. — Что там?
Держа палочку в руке, я не могла сдержать счастья, распирающего меня изнутри.
— Я беременна.
— Господи, деточка. — Она покачала головой и медленно улыбнулась. — Не думала, что ты всерьез пытаешься завести второго.
— Я хочу, чтобы Люси росла с братом или сестрой, близкими ей по возрасту. — Так я отвечала, слыша нечто подобное от мамы и, еще хуже, от папы, когда рассказала им, что мы со Скоттом пытаемся завести еще одного ребенка.
Она немного замешкалась, прежде чем спросить:
— Скотт нашел работу?
Я знала Джорджи. Ей хотелось сказать больше, но она знала, как я защищаюсь, когда речь заходит об этом.
Я опустила глаза, чтобы избежать ее пристального взгляда.
— Сейчас он сосредоточен на учебе. Ему остался всего лишь год...
— Я думала, он поступил в полицейскую академию? — перебила она.
Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули от гнева и отвращения. Раздражало, что я растрепала людям, что Скотт поступил в академию. Я помнила, как гордилась им и ничего не могла с собой поделать.
— Ничего не вышло, — вот и все, что я ей ответила.
Скотт заставил свою мать ехать за ним три часа в тот же день, когда я его туда отвезла. Скотт не продержался ни дня, и я жалела, что не удивилась такому исходу. Я была разочарована и в нем, и в себе. Хотела, чтобы ему нравилось то, чем он занимается. Правда меня бесило, с каким энтузиазмом он рассказывал о своих планах, хотя не смог продержаться и целого дня.
— И кем он теперь хочет стать?
— Доктором, — поморщившись произнесла я.
Джорджи кивнула, не впечатлившись, а может это ее реакция на мое напряженное выражение лица.
— Учиться очень долго.
Я пожала плечами.
— Кажется, он в восторге от этой идеи.
