Люси сказала:
— Она накормит нас, как бабуля.
Это рассмешило Элайджи.
— Ладно, попрошайка, мы поедем.
Я провела пальцами по ее волосам, пока она смеялась вместе с Элайджи, позабавленная тем, что я назвала ее попрошайкой, видимо.
— Иди умойся и переоденься. — Он опустил Люси на землю и взял Элая из моих рук. — Хочешь, я переложу автокресла в свою машину?
— Нет, ты можешь отвезти нас на моей машине.
Он кивнул.
— Перестань пялиться и иди.
— Мне нужно покормить Элая. Я не знаю…
— Хэдли, с ним все в порядке. Видишь его улыбку? Мы подождем здесь. Можешь покормить его у мамы. Иди, пока я не отшлепал твою задницу, а то она отшлепает мою, если ты появишься у неё в таком виде, думая, что я во всем виноват.
Люси хихикнула.
— Ты не можешь отшлепать маму, Элайджа, она взрослая.
— Я так и сделаю, если она не развеселится. — Он посмотрел на Люси, открывая заднюю дверь. — Если мне нельзя ее отшлепать, тогда тебе придется помочь мне удержать ее, чтобы мы могли ее защекотать.
— Я хочу, чтобы меня щекотали! — крикнула Люси.
— Иди вытри лицо, женщина, это неприлично. — Элайджа наклонил голову ко мне. Я открыла рот, но он сказал: — Хочешь еще раз обняться? Иди сюда. Не стесняйся.
Мои глаза снова защипало от слез. Я вздохнула и поспешила уйти, что с самого начала входило в план Элайджи.
_______
Элайджа был прав насчет своей мамы. Как только мы вошли в её дом, она уставилась на него и спросила, что ее проклятый сын сделал со мной. Сколько бы я ни говорила ей, что он ничего не сделал, она продолжала смотреть на него, пока мы ели. К счастью, Люси разрядила обстановку, сказав, что благодаря Элайджи все нуждаются в щекотке.
Я не могла настроиться на позитивный лад. Элайджа продолжал наблюдать за мной. Я знала, что он выжидает, чтобы выяснить, почему я на грани слез каждый раз, когда он смотрит на меня. Честно говоря, я тоже не знала.
Я не хотела быть обузой.
Подобные мысли не выходили у меня из головы. Я хорошо знала Элайджи, чтобы понять, что он отчаянно хочет, чтобы я полностью впустила его в свою жизнь. В его взгляде была безмолвная мольба, когда он смотрел на меня. Это будоражило все мои эмоции, особенно сегодня, когда я чувствовала себя плохой матерью, и ужасным человеком.
И поэтому я продолжала сдерживать эмоции и едва встречала его взгляд. Я была не лучшей компанией в эту минуту, но его мама не сказала ни слова. Его отчим взял Элая, как только мы приехали. Это было так мило. Я хотела бы насладиться этим моментом, но все, о чем я думала, — это о том, как ужасно себя чувствую и мне не следовало отпускать детей к Скотту, если меня это не устраивало. По правде говоря, пока Скотт не изменится, мне не будет комфортно. Я не могла заставить его или его семью навещать Люси и Элая. Все усложнялось тем, что Скотт постоянно подводил Люси, говорил, что приедет за ней, но так и не появлялся. Но его родители винили во всем меня, ведь это я выгнала Скотта из дома и разрушила нашу семью.
Каждую нашу встречу они становились все хуже и хуже. Все, о чем я могла думать, — это об угрозе Лилли, прозвучавшей, когда я уходила. Неужели она попытается заставить Скотта обратиться в суд по поводу опеки? Я была хорошей матерью. Скотт был безработным и жил с родителями. Но разве от этой информации мне стало легче? Нет. Я жила в страхе, что Скотт подаст в суд на опекунство, с тех пор как поймала его на измене и заставила уйти.
— Элайджа сказал, что ты любишь машины, Люси? — спросил Хэнк, пока мы ели за столом в столовой.
Элай, все еще сидящий у него на коленях, несколько раз сунул руку в картофельное пюре Хэнка. Пожилой мужчина специально позволял ему это делать, постоянно подвигая свою тарелку ближе к Элаю. После третьего или четвертого окунания руки он наконец поднес ее ко рту, чтобы попробовать на вкус. Его маленькое пухлое тельце напряглось, а глаза расширились, когда он посмотрел вниз на тарелку. Кажется, ему понравилось, но он не был в этом уверен. Мама Элайджи все время пыталась забрать Элая у Хэнка, но пока это ей не удавалось. Однако женщина, похоже, не собиралась сдаваться.
Люси улыбнулась.
— Да. И ещё мне нравятся пони.
— У нас есть целая коллекция, которую Элайджи собирал в детстве, — сказал Хэнк.
Люси вздохнула.
— Я хочу посмотреть.
— Я покажу после того, как мы поедим.
Хэнк улыбнулся, глядя на Элая.
— Сколько еще детей ты планируешь завести? — спросила мама Элайджи.
Я подавилась куском мяса. Я схватила газировку и сделала глоток.
— Ты в порядке?
— Да.
Я потерла грудную клетку.
— Я тебя удивила? — любезно спросила она.
— Немного, — призналась я. Мельком взглянула на Элайджи, который слишком пристально наблюдал за мной за обеденным столом. — Я не думала, что у меня будет больше двух детей.
Это правда. А еще я думала, что состарюсь со Скоттом. Глупая мечта. Мне хотелось вернуться в прошлое и задушить себя за то, что я жила в фантазиях, когда на самом деле постоянно была очень уставшей и напряженной. Было очевидно, что я была одинока в этих так называемых отношениях.
— Теперь у тебя должно быть больше двух, — пожурила она меня.