– Не волнуйся, мы все уладим.
Услышав это сухое заявление, Джейк замолчал и нахмурился. К счастью, в мозгу у него еще оставалось достаточно крови, чтобы понять, что надо остановиться и посмотреть, кто на него орет. Ломая их поцелуй, он повернулся с Николь, все еще удерживая ее, и всмотрелся безучастно в Данте и Томаззо.
– Как вы сюда попали? – удивленно спросил он.
– На машине, – шутливо сказал Томаззо.
– Мы остановились как раз в тот момент, когда Николь проскользнула на кухню. Увидев, как она одета, мы чуть было не попятились, чтобы дать вам время побыть наедине, но тут Томаззо заметил этого парня, – он указал на лежащего без сознания мужчину, – через кухонное окно.
– И пистолет, – добавил Томаззо.
Данте кивнул. – Поэтому мы решили, что нам лучше пойти посмотреть, что можно сделать.
– Только она держала все под контролем, пока мы шли по веранде, – добавил Томаззо, а потом улыбнулся Николь и сказал: – Отличная работа с подушкой.
– Да, – согласился Данте. – Что у тебя в этой штуке? Камни? Это точно выбило его из колеи.
– Вода, – покраснев, ответила Николь, но объяснять не стала. Джейк не дал ей шанса. Он снова повернулся к ней спиной и вышел из кухни.
– Эй, – позвал Данте. – Кто этот парень? Он один из тех, кто отравил джакузи и замарался с внедорожником?
– Да, но я не знаю, кто он, – ответил Джейк, не замедляя шага. – Так и не узнал его имени. Он просто сумасшедший, кто попытался убить одного из моих клиентов на работе. Он думает, что ангелы говорят с ним, и он должен убивать политиков и почти всех я знаю, потому что я остановил его, так что мы все должны быть в сговоре с дьяволом.
– Хм, – произнес Данте прямо у него за спиной, и Джейк усадил Николь на край кровати, затем положил руки на колени и хмуро посмотрел на мужчину, который следовал за ними.
– Нам с Николь нужно поговорить, – твердо сказал Джейк. – Иди, разберись с психом на кухне.
– Ты не собираешься говорить, – сухо сказал Данте, скользнув взглядом по Николь и улыбнувшись, – и я не виню тебя. Хороший наряд, Ники, – похвалил он.
– Спасибо, – пробормотала она, краснея.
Данте снова повернулся к Джейку. – Но говорить – это то, что ты должен сделать.
Джейк напрягся при этих торжественных словах. – Почему? О чем?
– О твоей ситуации и о том, хочет ли она быть твоей спутницей жизни, – спокойно сказал Данте. А затем продолжил: – Люциан захочет, чтобы вся эта ситуация была решена в одно и то же время, вместо того, чтобы посылать людей сделать три на одного на больного на кухне, а затем, возможно, вернуться, чтобы сделать то же самое для Николь, если она не хочет быть обращенной.
– Люциан не имеет к этому никакого отношения, – сухо сказал Джейк. – Парень в бейсболке – смертный.
– Но его цель – нет, – заметил Данте. – Или лучше сказать – цели?
Джейк чуть было не спросил, откуда он это знает, но потом понял, что мужчина прочел его мысли, когда следовал за ним сюда. Вероятно, он знал все, что видел и слышал Джейк с тех пор, как нашел на кухне мальчика в бейсболке. Итак, он знал, что этот человек хочет уничтожить его, Николь и всех, кто входил в этот дом, большинство из которых были бессмертными.
– Он болен, – тихо сказал Данте. – Его семья знает об этом и ни черта не предпринимает, но нанимает адвокатов, чтобы уберечь его от неприятностей на улицах. На этот раз они сделают то же самое, и тогда он снова будет угрозой не только тебе и Николь, но и нам, твоим родителям, Нейлу, Маргарет, Кристиану и Каро …
– Практически все, с кем он меня видел, – устало перебил Джейк.
Данте молча кивнул.
– Верно, – сухо ответил Джейк. – Тогда мне лучше поговорить с Николь. Не хочешь уйти, чтобы я мог это сделать?
Данте повернулся и вышел из комнаты.
Джейк проводил его до двери, закрыл ее, глубоко вздохнул и повернулся к Николь. Один взгляд на нее, лежащую в этом наряде на кровати, и он снова повернулся к двери. Черт! Как, черт возьми, он мог просто говорить с ней в таком виде?
– Милая, может, ты снимешь этот наряд или наденешь халат, чтобы мы могли поговорить? – спросил он с болью в голосе. Он действительно не хотел, чтобы она снимала его, он хотел заняться с ней любовью, пока она в нем ... ну, без трусиков. Он хотел бы сорвать их с нее... может, зубами.
Джейк услышал, как Николь зашевелилась у него за спиной, а потом сказала: – О’кей
Выдохнув, Джейк повернулся, чтобы посмотреть на нее, и почувствовал слабость в коленях. Она сняла шляпу и надела короткий черный шелковый халат, который ни черта не скрывал в той позе, которую она приняла. Она полулежала на кровати, одна нога согнута, другая вытянута, опершись на локти, волосы и халат свисали вниз, собираясь на кровати и не прикрывая абсолютно ничего.
– Николь, пожалуйста, – слабо взмолился он. – Нам надо поговорить.
– Да, – сказала она, и он смущенно заморгал.
– Что «да»? – неуверенно спросил он.
– На все, о чем ты хочешь меня спросить, – тут же ответила Николь.
– Я хочу спросить, не согласишься ли ты хотя бы подумать о том, чтобы стать моей спутницей жизни.
– Да, – повторила она.
Джейк нахмурился. – Ты сделаешь это?
