— Какая роскошь, — хмыкнул король — Польщен Вашим доверием. Слышал, сильфы берегут их как святыню. И ни один бескрылый еще не пробовал вод. Да и среди крылатых отведать Небесных заслуживают лишь избранные.
— Будем считать, что жених наследницы — вполне «избранный» для такой чести, — улыбнулась Леатора — Пейте. Они даруют силы завершить намеченное…
— … И обрести контроль над собственной судьбой, — тенью улыбнулся король — Слышал. Но у меня тут другое…
— Я вижу, — мягко перебила девушка — Но «обрести контроль» в данном случае — тоже подходит. Пейте…
— Драко… ох… драконодержец управляет Зверем иначе, чем…. ох… — по подбородку мужчины заструилась алая дорожка.
— У Вас все равно нет другого варианта, — напряженно шепнула Леатора — Пейте. Это хотя бы шанс.
— Я… — начал было Киран, но сомнительную тишину комнаты уже рассек звук быстро вынутой пробки и рот мужчины наполнился ярким, ледяным вкусом, прошедшимся колким инеем по языку и густой каплей стекшим в гортань ароматом замороженного крыжовника — О…
— Вот так, — мягко улыбнулась девушка, аккуратно стирая капельку с тонкой нитки шрама на подбородке — Теперь все будет хорошо.
— Хорошо… — неожиданно прошелестел эхом Киран, с удивлением отмечая мгновенную тишину в голове и ошеломленно замершего внутри него Зверя — Хорошо…
— Да. Так, как надо… Как решите сами…
Король сглотнул остатки крови и глубоко вздохнул, долго втягивая носом воздух. Стоило прикрыть глаза, как непроглядная тьма с кровавыми пятнами сменилась знакомым вакуумом, мерцающим мириадами далеких звезд. Темнота стала бархатной, уютной. Бескрайней, но подвластной каждому его движению. Осязаемой.
Мужчина обвел внутренним взором искрящееся великолепие и сосредоточился на дальней точке, словно притягивая ее к себе. Миг — и перед ним настороженно замирает свернувшийся в тугой клубок чешуйчатый ящер, играющий блеске огней алыми всполохами гибких изгибов своего тела. Он огромен, дик, прекрасен. Он сама мощь и сила. И он понимает свое превосходство, хищно выгибая шею и скалясь многими острыми зубами на наглого человека, посмевшего призвать его теперь.
Дракон силен и могуч… но его нет вне этого внутреннего мира. Погаснут тысячи искр — и сними вместе, в густой смоле темноты растворится Зверь. Канет в небытие. Снова станет НИЧЕМ.
«Моя!» — тщетно рычит ящер — «Не смей ее трогать!»
