В лесу было влажно, душно и ужасно темно! Прямо реально ужасно! Потому что эта самая кромешная тьма не была разбавлена ни сияющими светлячками волшебного леса, ни рассеянным листвой далеким светом луны. Просто кромешная тьма. В самом кромешном ее понимании. Которая окутала меня со всех сторон, подобно черной субстанции. И пугала до истерики какими-то потаёнными всхлипами, стонами и шорохами, щедро приправившими весь этот пахнущий прелой травой ужас.
— Э-эй…лю-у-ди… — жалко протянула я, оглядываясь вокруг и беспомощно прижимая к груди кулачки — Есть тут кто живой?
Кто-то живой поблизости точно был. Он глухо заурчал и чем-то зачавкал, намекая, что сейчас быстренько доест и обязательно со мной познакомится.
— Уии! — отчаянно запищала я и кинулась было обратно.
Но вот только никакого «обратно» позади меня уже не было!
Вот меньше секунды назад, кажется, какая-то подлая тварь толкнула меня в мерцающее окно портала, а теперь за спиной была все та же непроглядная тьма дикого леса. Я в отчаянии обернулась вокруг своей оси несколько раз. Ничего. Только темень и ночь. И я. Одна. В этом опасном, страшном лесу, в каком-то там неизвестном мне предгорье.
«Главное, не сходить с этого места!» — почти здраво рассудила я — «Меня точно хватятся и за мной придут. Нет, накажут, конечно. Куда без того… Но и я молчать не стану и скажу, что меня сюда насильно пихнули! Вопрос, кстати, кто это сделал? Ведь на арене кроме меня и Рона, кажется, никого в такой час не было…»
Хотя… могла и не заметить в пылу бушующего возмущения. С меня станется.
… Возмущением я пылала прямо с момента окончания боя и разговора с гадким королем. Нормально, да? Повесили на меня гибель реликтовой зверушки. Идиоты они, или как? Ну кто бы другой такое редкое существо на смертельный бой послал? На что был расчет, спрашивается?
— На Вашу героическую гибель, конечно, — безразлично пожал плечами мой сопровождающий, покуда я бесновалась у себя в комнате, безнадежно пытаясь стереть влажной тряпкой грязь с коленок.
За окном уже стемнело, когда я успела закончить свой краткий рассказ, дающий Рону общее представление о том, как и отчего настолько несправедливо зол на меня Киран Четвертый. Без лишних подробностей, конечно. Так, в двух словах: мол, хамила при встрече, некрасиво вела себя на ужине. А когда мне, как единственной женщине на этих играх, предложили в качестве смягчения обстоятельств номинально стать участницей отбора — вообще не оценила оказанной мне чести и даже нахамила еще раз. Чтобы уж точно впасть в немилость, видимо. Но, официально, от того, что не могу нормально общаться с тем, кто убил моего горячо любимого брата, конечно.
Кстати, не сказать чтобы солдат сильно удивился. Озадачился — это да. О чем-то своем крепко задумался. Несколько раз у меня уточнил, не передумала ли я мстить за братишку. Но я, помятуя о однозначной реакции книги на любые мои попытки избежать канонов установленного сюжета, поспешила его убедить в полной своей готовности продолжить начатое.
— И как это понимать? — прищурилась я — Почему именно на мою? Так и другие с этим драконом пересечься успели.
— Ну, судя по Вашим рассказам, Вы знатно наступили на хвост Киану Бесноватому. Такое он точно не простит. Зная его характер, он безнаказанными обиды не прощает.
— Так казнил бы да дело с концом! — рявкнула я, швыряя на пол бесполезную тряпицу — Что всякую дичь-то придумывать?
— Вы же участница игр, — как на неумного ребенка посмотрел на меня Рон — И по закону, Вы в неприкосновенности. Именно поэтому на эти игры приезжает так много беглых преступников, воинов в опале, провинившихся высокородных рыцарей. Мало того, что в ходе самих соревнований над Вами не властны законы королевства. Так еще и участие в играх снимает с участника обвинения, предъявленные ему ранее. Это шанс заслужить прощение. Опасный, чаще всего смертельный. Но зато семья потом может вздохнуть с облегчением — из опала вернуться, долги забыть, вернуть былую славу роду…
— Так как меня тогда за убийство дракона судить могли, если я не виновна априори, как участница?
