В мире, где тысячелетняя эльфийка Фрирен ищет смысл после ухода своих спутников-героев, внезапно появляется Сайтама — человек, чья сокрушительная сила нарушает все законы магии и физики. Их неожиданная встреча запускает цепь событий, которая потрясет основы обеих реальностей, столкнет древнее зло с абсурдной мощью и заставит героев прошлого и настоящего задуматься о ценности усилий в мире, где существует "абсолютное решение".
Северный ветер, острый как лезвие забытого кинжала, гулял по выщербленным камням древних руин. Он выл в пустых глазницах барельефов, изображавших давно поверженных демонов, и трепал плащи трех путников, медленно пробирающихся сквозь хаос обвалившихся колонн и заросших трещинами стен.
Впереди шла Фрирен. Ее серебристые волосы, обычно похожие на лунный свет, сейчас казались тусклым свинцом под низким, серым небом. Тысячелетние глаза скользили по камням без особого интереса. Очередные руины. Очередные следы эпохи демонов. Очередной камень, который, возможно, хранил крупицу знания о потерянных магических искусствах или о тех, кто давно ушел. Знания, которые она собирала как шишки в бесконечном лесу времени — методично, без спешки, потому что спешить было некуда. Гиммел, Хайтер, Айзен… их смех, их решимость, их *человеческая* яркость жизни остались лишь теплым, но неумолимо блекнущим угольком в ее вечной памяти. Иногда, как сейчас, вечность ощущалась особенно тяжело — холодным грузом на плечах.
«Мастер Фрирен, вон там, за этим завалом, кажется, есть вход в подземную камеру», — голос Ферн, четкий и практичный, разрезал завывания ветра. Молодая человеческая волшебница указывала жезлом на груду оползневых камней. Ее карие глаза внимательно сканировали структуру завала, высчитывая самый безопасный и эффективный способ расчистки. Забота о группе была для нее естественной, как дыхание, — наследие обучения у Хайтер и долгого путешествия с самой Фрирен.
«Хм. Похоже на ритуальный портал, — пробормотала Фрирен, подходя ближе. Ее пальцы коснулись покрытого инеем камня, ощущая слабые, почти призрачные вибрации древней магии. — После Великой Войны многие демонические культы пытались создать врата к иным мирам или эпохам в поисках силы или спасения. Большинство попыток заканчивалось… беспорядком». В ее голосе не было страха, лишь академическое любопытство. Она видела столько «беспорядков» за свою жизнь.
«Беспорядок? Опять взрывы?» — Штарк, воин с мечом за спиной, съежился. Воспоминания о недавних магических «недоразумениях», закончившихся оглушительными катаклизмами, были еще свежи. Его рука непроизвольно потянулась к рукояти меча. Он предпочитал четкую угрозу — демона, бандита — этой непредсказуемой магической чепухе. «Может, просто обойдем? Искать гримуары в менее… взрывоопасных местах?»
Ферн вздохнула, но тень улыбки тронула ее губы. «Штарк, это часть работы. И мастер Фрирен права — если там сохранились артефакты или записи о пространственных магиях, это может быть бесценно». Она уже начала жестами намечать точки приложения магической силы для аккуратного удаления завала.
Фрирен кивнула, ее взгляд задержался на странном узоре в центре предполагаемого портала. Он напоминал треснувшее зеркало, но линии переплетались слишком неестественно, будто пространство под камнем было слегка… смято. Чувство легкого беспокойства, редкого гостя в ее душе, шевельнулось. Не опасности, нет. Скорее… предчувствия чего-то чужеродного.
«Действуй осторожно, Ферн. Контролируй поток маны. Эта конструкция выглядит… нестабильной», — предупредила эльфийка, отступив на шаг. Штарк последовал ее примеру, готовый в любой момент оттащить Ферн подальше.
Ферн сконцентрировалась. Тонкие нити маны потянулись от ее жезла к камням, обволакивая их, осторожно находя точки напряжения. Камни начали тихо скрежетать, сдвигаясь с места миллиметр за миллиметром. Под ними обнажалась темная щель, откуда потянуло запахом сырой земли и чего-то еще — едва уловимым, как запах озона перед грозой.
Именно в этот момент, когда Ферн уже почти расчистила проход, а Фрирен прищурилась, пытаясь разглядеть глубину тьмы, это случилось.
Воздух над самым центром узора — там, где пространство казалось наиболее искаженным — завибрировал. Не громко, а скорее как натянутая струна, которую тронули невидимой рукой. Затем он сморщился. Беззвучно, стремительно, как будто реальность была листом бумаги, резко сжатым в кулак. На мгновение возникла точка абсолютной черноты, не поглощавшая свет, а отсутствующая в нем.
И из этой черноты, словно выплюнутая неведомой силой, вывалилась фигура.
Она упала на камни с глухим «бух!», не слишком грациозно, задев плечом острую грань упавшей колонны.
В руинах воцарилась мертвая тишина. Даже ветер на секунду замер, будто затаив дыхание. Ферн ахнула, резко прервав заклинание, и отпрыгнула назад, жезл нацеленный на незнакомца. Штарк мгновенно оказался между Ферн и упавшим, меч уже в руке, глаза сузились до щелочек, сканируя угрозу. Фрирен не двинулась с места, но ее веки приподнялись чуть шире обычного, а взгляд, еще секунду назад рассеянный, стал острым и внимательным, как у ученого, обнаружившего редкий, неизвестный вид.