Следить мы решили за Гнушинским, так как достоверно было выяснено от его дворовых слуг, будто тот сегодня готовится к регулярной пятничной поездке. Мы организовали пост возле дома аристократа, по сути, неподалеку сидел Леха, лузгая жаренные семечки. Помню шутку из детства, про то, что нельзя покупать жареные семечки у бабушек в маленьких стопочках, потому как после того, как те их обжаривают, то греют в них ноги. Думаю, это полный бред, но тогда на неокрепшие умы действовало ультимативно. А сейчас не имея других вариантов и бабок по близости Леша уничтожал свои запасы топлива гопников, сплевывая шелуху прямо на мостовую.
В общем мы дождались! И как экипаж с Гнушинским отдалился от нас, на пролетке нанятой заранее двигали за ним на приличном таком отдалении. Опять же маскировка и грим на всех. А чтобы не вызывать подозрение поехали на этой пролетке только я и Никита. Леха же по дворам срезал путь, а когда выдохся сел к ближайшему извозчику и велел ехать за нами.
У большого особняка, стоящего буквально в трех верстах Петербурга, стояло шесть экипажей. Так погоди-ка, ведь их было пять. Возможно, после отбытия в мир иной Вольского эти субчики взяли в свое тайное общество кого-то еще.
— Ну что, — подумал я, повоюем…
— Вот красавцы, это ж почитай в черте города такую дичь устроить! — выругался я, глядя как экипаж Гнушинского, что привез его в этот особняк выезжает с территории данного владения. Так выходит, этот князь отпустил охрану, что таскалась за ним везде, да-да вон вижу два из тех самых бугаев, что выезжают одни с возничим.
Вслед за транспортом Гнушинского территорию покинули и другие экипажи, которых в сумме мы с братьями насчитали шесть штук, а ближе к десяти часам вечера еще и тридцать два человека разным способом направилась по неведомым делам. Так понимаю, что это персонал. Видать энтузиасты-оккультисты действуют по тому же принципу, что и граф Вельский. Наверняка какая-то охрана есть, возможно даже не слабая, но доверенная, а вот всех лишних, которые случайно могут переквалифицироваться в нежелательных свидетелей, стараются убрать подальше, дабы не плодить проблемы там, где их можно избежать.
Вспомнив подручных покойного ныне графа Вельского и представив, что сейчас каждого из этих аристократов может охранять минимум по два таких душегуба, я передернул плечами. Тут блин рогаткой не отделаешься. Если дюжина хорошо подготовленных и высокомотивированных, прямо до самой смерти людей, да еще с хорошим оружием, займут оборону в таком особняке, как мы с братьями наблюдаем с разных сторон. Да-да, именно с разных. Почти сразу мы окружили его по периметру, и теперь я смотрел на него можно сказать в 3Д формате, если оперировать терминами из моего прошлого.
Так вот вижу трое стоят у входной группы в особняк, и общаясь между собой периодически осматривают периметр. Постоянного обхода территории за время наблюдения я не заметил. А уже стало темнеть.
— Сука… Ей богу рискованно, — подумал я!
Мы туда попремся выходит без разведки, ни черта не зная. Даже нет точных сведений о количестве людей внутри. Только догадки. В моем прошлом командир такую бы операцию не одобрил и отменил. Ну никто так не рискует подготовленными бойцами, если все можно сделать по уму.
Но дело в том, что прямо сейчас возможно режут и издеваются над одной девочкой, а возможно там их сразу несколько, ну и пока я рассуждаю, она лишиться жизни. Короче мой опыт прошлых лет подсказывал, что на хрен такие авантюры, а юношеский максимализм и повышенное чувство справедливости, что становятся присущи все больше и больше братьям Горским, толкали вперед, не спрашивая разрешения у майора в отставке Андрея Семёновского.
Как только стало темнеть до такой степени, чтобы появилась возможность незаметно подкрасться к особняку, мы выдвинулись на позиции. Задача Лехи была в контроле заднего входа, ни одна тварь не должна уйти без должного вознаграждения. Мы же с Никитой стали подбираться к центральному, где стояли три бугая, выполнявшие роль внешней охраны как я понимаю.
Оружия у них я не вижу, ан нет есть за поясом пистоли закрыты полами сюртуков, но немного выпирает. Вижу у двух, но и третьего списывать не стоит со счетов. Валить эту троицу нужно тихо, иначе появится большой риск сорвать остальное дело.
Мы с Никитой дождались, пока один из охранников отойдет к яблоне справить малую нужду. В момент кульминации я подскочил и перехватил ему горло ножом, аккуратно придерживая тело, чтобы оно не нагремело при падении.
— Ну вот, хоть поссать мужику дал в последний раз! Гуманист я! — подумал, и двинул обратно в сторону центрального входа.
Как только приблизились, мы с Никитой взяли рогатки, и определив индивида обладающий наиболее яркими признаками присутствия интеллекта на лице, выстрелили. Я бил свинцовым шариком, а Никита в того, что поумнее глиняным. Нам нужно было взять языка и по-быстрому выяснить некоторые детали.
